— Враги напали на наш дом, я не питаю к ним сожаления. Они с радостью уничтожат нас всех, если дать им такую возможность! Я… я уже убила человека в том сражении с Белым орденом. Черта пройдена, поздно о чём-то сожалеть. К тому же я обещала, что изменюсь ради вас…
Тайхарт закивал, невольно набросив на лицо хищную ухмылку и не сумев удержаться от неуместной шутки:
— Злодейка…
Он на мгновение позволил себе скинуть личину могучего вожака бандитских кланов, из вредности попытавшись поддеть ученицу. И это сработало.
— Повелитель! Я не злая! — зашипела Асэми. — Вы сами сказали, что нет чёрного и белого! Что приходится творить зло, ради большего добра. Разве не так? Или… или я делаю что-то плохое?
Тайхарт вздохнул и по-отечески прижал Асэми к себе. Так они стояли больше минуты. Было слышно только мерное дыхание двух людей и громкий сап уснувшего дракона. Даже вечерние птахи молчали, чтобы не спугнуть момент.
— Ты всё делаешь верно, Огонёк. Нельзя быть слишком доброй, особенно к врагам. Иначе может повториться судьба Сумико и Рики. Мы должны защищать дорогое сердцу, даже ценой чужих жизней, потому что враги будут поступать так же.
— Повелитель, я не наслаждаюсь битвой. Мне не нравится видеть смерти. Вы мне верите?
— Верю. Я и сам такой…
— Вы?! — удивилась Асэми, воскликнув излишне громко.
— Эй! Что за тон, молодая леди?! По-твоему, я зверь, убивающий ради забавы? Да, я с лёгкостью снимаю головы с плеч, но делаю это исключительно по доброте душевной. Неужели это непонятно?
— Да уж…
Асэми тихонько захихикала, а затем подняла янтарные глаза вверх, посмотрев на учителя полным привязанности взглядом.
— Вы хороший, Повелитель. Я знаю… Вы очень добрый и чуткий, но только к тем, кто вам по-настоящему дорог. А остальные — лишь средство для достижения цели. Это не хорошо и не плохо. Ведь мир не чёрный и не белый, так?
— Так, Огонёк… всё именно так! А теперь идём домой. Завтра предстоит трудный день для всего острова. Нужно отдохнуть…
Учитель и ученица замолчали и направились к пещерному городу. Там их ждали мягкие кровати, вкусная еда и покой. Скоро окружающая тишина наполнится людскими криками, скрежетом металла и взрывами, а потому стоило ценить последние моменты спокойствия.
Глава 18. Сила мертвецов
Тайхарт стоял на краю обрыва Дьявольского перешейка и молча смотрел вперёд. Где-то на противоположенном берегу начиналась территория Королевства Алого Камня, однако в утреннем тумане было сложно разглядеть хоть что-то дальше собственного носа.
— Они знают, что мы собрали армию, — негромко проговорил Тайхарт. — Но пушки молчат, а корабли отведены к порту Чернобога. Почему?
— Нас разделяет бездонный провал, — ответил Садэо. — В королевстве уверены, что мы не сможем напасть на них, а потому просто выжидают, пока подойдёт флотилия союзников.
— Считают, что смогут задавить нас числом…
— Именно, господин.
— Глупцы. Армия Лича готова?
— Да, мертвецы стянуты к перешейку, а отряды людей отправлены в резерв и на защиту крепостей от возможного внезапного десанта. В королевстве часто используют подобную тактику.
— Мне повезло, что ты на нашей стороне, Садэо. Твой опыт бывшего военного сильно помогает. Значит, действуем по плану. Войско нежити пусть идёт впереди, а люди остаются в тылу. Не будем жертвовать тем, что не сможем быстро восстановить. Что-ж, да начнётся война!
Тайхарт усмехнулся и повернулся назад. За его спиной лежал огромный дракон, пышущий холодным пламенем. На спине ящера восседала Асэми, её уши стояли торчком, а в янтарных глазах читалась решимость.
— Действуй! — приказал Тайхарт ученице.
Асэми кивнула, пригнулась к шее дракона и что-то прошептала. Могучий, покрытый чёрной чешуёй зверь рыкнул, помотал головой и резко сорвался с места, почти мгновенно скрывшись в туманной пелене.
Через минуту на противоположенном берегу Дьявольского перешейка послышались крики, а затем раздались взрывы и выстрелы пушек. Асэми отвлекла внимание врага, чтобы армия мёртвых могла переправиться через пропасть.
— Теперь моя очередь поработать, — проговорил Тайхарт голосом, от которого затряслась даже земля.
Чёрный Палач высвободил ауру Тьмы, его глаза запылали антрацитовым пламенем, в них на мгновение проявился дух дракона, поглощённый неделей ранее. На окружающий берег стала изливаться магия, которая могла посостязаться в могуществе с малыми богами.