— Нет смысла охранять меня. Я уже однажды говорил, что на этом острове Я самый опасный хищник. Уж если кому и нужна защита, так это парламентёру с той стороны. Впрочем, я не собираюсь применять к нему силу.
Тайхарт двинулся по дороге, ведущей к вратам города. Нежить Лича послушно расступалась, огромные гончие скулили и пригибали головы к земле. Мертвецы знали, кто их настоящий хозяин.
Остановившись возле переливающегося магического щита, Тайхарт посмотрел наверх и громко прокричал:
— Я — Чёрный Палач, глава северных земель! Моя армия осадила город и готова пойти на штурм! Если вы считаете, что барьер спасёт вас от моего гнева, то сильно ошибаетесь! Но я не хочу лишних смертей и готов к переговорам! Буду ждать вас у себя в лагере, но не советую медлить слишком долго!
Договорив это, Тайхарт развернулся и пошёл обратно. Вскоре он уже снова был в окружении армии мёртвых.
— Как всё прошло? — спросил Садэо, встретив вожака во временном лагере, разбитом прямо посреди поля.
— Я сделал им предложение, будем ждать.
— А если они откажутся от переговоров? Даже без учёта магического барьера городские стены крепки и усилены заклинаниями. Их не пробить осадными орудиями. У вас ведь есть запасной план?
— Конечно, — заверил Тайхарт, посмотрев на небо. — Их целых два. Но сначала попробуем дипломатию.
В этот момент защитный купол над Чернобогом дрогнул, возле городских ворот появилась небольшая брешь, через которую прошли четверо людей. Похоже, королевство всё же решило поговорить.
Тайхарт распорядился встретить переговорщиков и приготовить место для встречи. Прямо под открытым небом организовали «уютное гнёздышко». На земле был разведён жаркий огонь, вокруг него поставили несколько стульев. Чуть в стороне покоился стол, на котором расставили тарелки с едой и кувшины с вином.
Процессия вошла в лагерь и направилась к костру. Отряд дипломатов возглавляла статная сорокалетняя женщина. Она явно происходила из числа дворян, её наряд был богато расшит, но одеяние видело и лучшие времена. Местами материя чуть выцвела, а низ подола белел потёртостями.
Позади женщины шли два безымянных солдата. Они были хмуры, на их лицах застыло выражение покорности и готовности к смерти. Похоже, вояки не надеялись вернуться в город живыми.
Четвёртым в отряде оказался горделивый двадцатилетний мужчина — Касар Констье. С ним Тайхарт был хорошо знаком. Этот молодой человек происходил из семьи, в которой Асэми ранее жила в качестве рабыни.
В предыдущую свою встречу молодой дворянин и Чёрный Палач сошлись в битве на арене. Победив в сражении, Тайхарт оставил жизнь поверженному врагу в благодарность за то, что Касар не издевался над своими слугами.
Тайхарт дождался, пока дипломаты приблизятся, а затем указал рукой на стулья и попросил:
— Присаживайтесь и угощайтесь. Даю обещание, что вам не причинят вреда.
Женщина уверенно кивнула, будто не обратив внимание на стоящих вдалеке мёртвых воинов. Однако лёгкая бледность на коже выдавала истинные чувства. Сложно сохранить самообладание, когда вокруг на тебя смотрят пустые глазницы нежити.
— Я Вита Констье, а рядом со мной сын — Касар Констье. Сегодня мы говорим от имени Королевства Алого Камня.
— Ах, вот оно что… — понимающе закивал Тайхарт. — Буду честен, я знаю, что ваша семья в опале. И раз королевство отправило на разговор именно вас…
— …то они не желают договариваться, а лишь тянут время, отдав нас на заклание как ягнят. Ведь если вы вспылите и убьёте опальных дворян, то это не станет большой потерей для государства.
Вита закончила фразу за Тайхарта, посмотрела на него полным достоинства взглядом, а после добавила:
— К сожалению, наш род действительно потерял всякое влияние и утратил былую силу. И всё же нам доверили пусть бессмысленную, но важную миссию. И если это станет последней нашей службой королевству, то так тому и быть.
— Достойно уважения, — честно признал Тайхарт. — Вы ведь знаете, что наши семьи знакомы уже давно?
— Семьи? Вы про девочку-зверолюда, которая раньше жила у нас? Да, Касар мне всё рассказал. Про стычку в нашем поместье я тоже в курсе. Я понимаю, что вы питаете к нам вражду.
— Вражду? Нет, по прошлым счетам Констье уже расплатились. Я даже искренне вам благодарен…
Тайхарт говорил медленно, исключив из голоса любой намёк на враждебность. Он даже перешёл на «вы», что было редкостью в его разговорах.
— Благодарны? — непонимающе спросила Вита. — Но за что? Мой муж оскорбил вас, а сын бросил вызов и сражался на арене. Не понимаю…