Услышав это, Асэми покраснела до корней волос. Но это был не румянец стыда, а багрянец гнева.
Злость вдруг закипела в Асэми, она ненавидела, когда Тайхарт называл её дочерью. Пусть в этой жизни они встретились всего несколько лет назад, но ведь были предыдущие воплощения и целая вечность совместных путешествий. А тут…
— Что это с тобой? — не понял Тайхарт, увидев гнев на лице спутницы и почти услышав скрип её зубов.
— Ничего! — рявкнула в ответ Асэми, направившись к дракону. Всё вокруг одновременно покрывалось льдом и тут же оттаивало под действием огненной магии. Гнев просачивался наружу в виде аномальных воздействий на природу.
— Эй, Огонёк…
Но Асэми впервые не ответила на прозвище, она взобралась на спину дракона и коротко приказала:
— Вверх!
Ящер взмахнул крыльями и направился в небо, а Тайхарт остался на земле, изумлённый странной реакцией ученицы. Впрочем, сейчас было не время копаться в эмоциях, предстояла последняя битва за Тюремный остров.
— Вот ты дурак, — раздался рядом голос Мрака.
— Ну-ка повтори? — словно змея прошипел Тайхарт, невольно выпустив ауру Тьмы.
— Тише-тише!
Мрак рассмеялся и поднял руки в знак того, что сдаётся. Спорить с Чёрным Палачом было себе дороже. Но язык разведчика рос без костей, а потому он хитро усмехнулся и спросил:
— Ты разве не замечаешь, что нравишься Асэми?
— М? О чём ты? — не понял Тайхарт. — Она для меня тоже очень дорога, мы стали семьёй. Асэми не только ученица, помощница и спутница, но уже практически дочь.
— Да не в этом смысле «нравишься», папашка нашёлся! Ох, действительно дурак! Правду говорят, что чем больше шкаф, тем меньше в нём мозгов…
Мрак не успел закончить фразу, вокруг его шеи появилась невидимая петля, которая быстро затягивалась.
— Следи за языком, — приказал Тайхарт, медленно сжимая магическую хватку. — Я ведь говорил уже раньше, что твоя болтовня доведёт до могилы? Какие похороны ты хочешь? Есть у меня на примете одна усыпальница, она как раз свободна…
— Да ладно тебе… кхе… задушишь же!
Тайхарт развеял магию, посмотрев в сторону города. Дракон нарезал круги над магическим барьером, готовясь к атаке. Даже издалека ощущалось, как много магии собиралось вокруг крылатого бедствия. Асэми явно намеревалась выместить свою злость на защитном куполе столицы.
— Поболтать сможем позже, а сейчас займёмся делом. Скоро начнётся всё самое интересное.
— Как пожелаешь, начальник, — прокряхтел Мрак, держась за шею, но не спуская улыбки с губ.
Асэми призвала всю свою магию и влила её в дракона, тот протяжно заревел, а после выдохнул могучее пламя, похожее на столб бледно-жёлтого света. Луч впился в магически барьер, породив в месте соприкосновения яркий шар. По полусфере побежали волны энергии, которые скатились вниз и ударили по округе, выкорчевав все деревья, которым не повезло расти рядом со столицей.
Даже Тайхарт пошатнулся, когда ударная волна достигла холма, на котором стоял временный лагерь. Мрак так и вовсе упал на колени, не в силах сопротивляться удару магической стихии.
— Ого, да ты её знатно разозлил, — сказал разведчик, с трудом поднявшись на ноги. — Ну и силища теперь в ушастике, а ведь совсем недавно она даже огненный шар бросала с трудом.
Тайхарт протяжно вздохнул. Он понимал, что обидел Асэми, но не мог взять в толк, чем именно.
— В любом случае придётся извиниться…
— Вот! Начинаешь умнеть! — похвалил Мрак, всё же отступив на пару шагов. Впрочем, эти метры вряд ли могли спасти от гнева Тайхарта.
В этот момент купол над городом пошёл рябью. В месте удара появилась брешь, которая медленно расширялась. Вскоре она стала настолько большой, что в неё могла протиснуться телега вместе с лошадью, если бы те умели летать.
Асэми перестала питать дракона магией. Ящер замахал крыльями и отлетел дальше, начав кружить над городом. Зверь лишь изредка плевал сгустками холодного огня, чтобы купол не смог восстановиться.
— Готовьте устройства, — приказал Тайхарт. — У нас не так много времени…
Берсерки вцепились в деревянные борта, вкатив на холм несколько примитивных катапульт. Вряд ли механизмы могли претендовать на роль настоящих осадных орудий, но сейчас от них не требовалось запускать огромные камни или начинённые магическим порохом ядра, ведь снарядами служили бойцы-скелеты и прочая мелкая нежить.
— Заряжай! — раздался голос Садэо.
В корзины залезли первые скелеты. Они не чувствовали эмоций и боли, но всё же казалось, будто в пустых глазницах светилась искорка страха.