ГОЛОС ОТ АВТОРА з/к
К концу вторых суток…
НАТ. СТАНЦИЯ ГОРЫНИЩИ ВЕЧЕР
Цвет сходит с подножек вагона на станции «Горынищи». Сумерки, на станции не души. Поезд ушел. Цвет видит проезжающую коляску.
ЦВЕТ
Эй! Любезный! Подвези, дружище, в Червонное!
НАТ. ДОРОГА В ЛЕСУ НОЧЬ
Цвет в коляске. Едут по лесной дороге. ВОЗНИЦА – старик, хохол, дюжий, сивоусый, пристально смотрит на ЦВЕТА.
ВОЗНИЦА
Так-таки до самого до паньского фольварку? До того Цвита, изо вмер?
ЦВЕТ
Да, он дядей был мне, а имение в наследство оставил.
ВОЗНИЦА
Эге ж… Не доброе дило.. Не хфалу.
ЦВЕТ
Почему не хвалите, дядя?
ВОЗНИЦА
А так… Не хочу…
(помолчал)
Я Вас на «ныч» до села повезу, а к усадьбе не поеду.
ЦВЕТ
Как же так не поедете?
ВОЗНИЦА
Ни, не поеду. Ни за пять карбованцев. Не хочу.
НАТ. ДОРОГА ВОЗЛЕ ХОЛМА НОЧЬ
Коляска проезжает возле холма. На холме чернеет усадьба.
ЦВЕТ
Боитесь?
ВОЗНИЦА
Ни трошки не боюсь, а только так. Вы мене, просю, звените, а тильке люди недоброе болтают про Вашего родича… Кажуть, поступил он на службу, до самого до чертяки… загубил душу, ни за собачий хвост.
Он едва заметным движением крестит пуговицу на свитке.
НАТ. СЕЛО «ЧЕРВОННОЕ» У ЦЕРКВИ НОЧЬ
Получая деньги, возница шепчет Цвету.
ВОЗНИЦА
Вас, панычу, нехай боронит господь Бог и святой Микола.
Коляска уезжает. Цвет смотрит на чернеющую усадьбу вдали, и замечает у сельской церкви огонь в окне гостевой избы. Идет к ней.
ИНТ. ГОСТЕВАЯ ИЗБА НОЧЬ
Связка старых ржавых ключей кладется на стол руками церковного БАТЮШКИ, и берется руками Цвета. Горит лампадка под образами. На столе самовар и следы чаепития с калачами. Батюшка говорит, поглаживая пышную бороду.
БАТЮШКА
Как человек интеллигентный, я не разделяю глупых народных примет и суеверий. Но как лицо духовное, не могу не свидетельствовать об ухищрениях князя тьмы для уловления в свои сети слабых душ человеческих. И поэтому, во избежание всяких кривотолков и разных бабьих забубонов, предлагаю на сию ночь мое гостеприимство. Постелют в гостиной на диванчике.
Не роскошно, но чем богаты… А дом успеете осмотреть завтра утром. Поглядите, какая темь на дворе.
Цвет оборачивается к окнам. Они черны. Цвет переводит взгляд на батюшку, стеснительно улыбается, качает головой.
ГОЛОС ОТ АВТОРА з/к
Цвету хотелось принять предложение священника, изморенное дорогой тело просило отдыха и сна, но какое-то томительное любопытство тянуло его в старый заброшенный дом. Он поблагодарил и отказался.
НАТ. ДОРОГА ВОЗЛЕ СЕЛЬСКОГО КЛАДБИЩА НОЧЬ
Ночь темна и беззвездна. Впереди Цвета идет древний маленький старичок- СТОРОЖ.
ГОЛОС ОТ АВТОРА з/к
Провожал Цвета церковный сторож.
СТОРОЖ
Чего мне бояться. Я ничего не боюсь. Я солдат. Севастопольский. Еще за Николая, за первого. И под турку ходил. Солдату бояться не полагается. Пятнадцать лет я сторожем при церкви и на кладбище. И скажу: все пустое, что бабы брешут. Никаких нет на свете ни оборотней, ни привидениев, ни ходячих мертвяков. Которые умерли, они спят себе тихонечко на спинке, сложивши ручки, и ни «мур-мур».
НАТ. ОКОЛО УСАДЬБЫ НОЧЬ
Возле аллейных ворот перед усадьбой тревожно скрипят ворота. Испуганный сторож, молча, передает Цвету связку ключей и фонарь, и бежит обратно. Цвет идет к усадьбе.
ИНТ. УСАДЬБА ЗАЛЫ ПЕРВОГО ЭТАЖА НОЧЬ
Цвет в пустом доме. Медленно осматривает первый этаж.
ГОЛОС ОТ АВТОРА з/к
Иван не испытывал страха: ужас перед сверхъестественным, был чужд его здоровой душе. От дороги у него сильно болела голова, тело чувствовало себя разбитым, но где-то глубоко в сознании трепетало смутное предчувствие приближающегося необычного события.
ИНТ. УСАДЬБА ЗАЛЫ ПЕРВОГО ЭТАЖА НОЧЬ
Цвет проходит мимо старинных бледно- зеленых зеркал. Шаги гулко отдаются по всему дому. Раздаются тяжелые вздохи, кряхтение, скрипы. Везде порванные обои, свисающие большими колеблющимися лоскутами. Раскоряченные стулья и кресла красного дерева. Фигурные диваны. Огромные кособокие шкафы, комоды, картины и гравюры на стенах в пыли и паутине. Тень от самого Цвета то уродливо вырастает до самого потолка, то падает и мечется по стенам и полу.
ИНТ. УСАДЬБА ЗАЛЫ ПЕРВОГО ЭТАЖА НОЧЬ