- Ну-с, за всё плохое! - с азартом воскликнула я, отсалютовав Повелителю своим стаканам.
Тьма - выставит наружу всё плохое.
Вкус был противным, именно противным. И вроде бы пить можно, но так противно. А потом я распробовала и с удивлением поняла, что противно от того, что первый стакан имеет вкус чая с каплей эльфийской крови!
Истеричный смешок сдержать не удалось, отчего Самануэль хмуро на меня посмотрел и с вызовом спросил:
- Что?
Ну, я и рассказала "что", отчего лицо мужчины перекосилось, и он выплюнул ядовито:
- А ты на вкус, как безалкогольное пиво!
- Значит, тоже противная на вкус, - фыркнула я, разлила по второму стакану и произнесла тост: - Ну, за всё хорошее!
Свет - выставит наружу всё хорошее.
Нельзя не признать, но было вкусно. Легкое вино со сладко-воздушным послевкусием. Но распробовать это послевкусие так и не удавалось, словно вкус не желал, что его распробовали, и испугано бегал по рту.
- И как? - спросила я, когда опустошила свой бокал и поставила на стол.
- По вкусу напоминает старый коньяк.
Я опешила, не понимая: это комплемент, или обзывание?
- Чем старше коньяк, тем лучше у него вкус, - пояснил Самануэль, увидев немой вопрос, или упрек, в моих глазах.
- А ты на вкус, как легкое вино с каким-то сладким, неуловимым послевкусием.
Самануэль разлил по третьей. Я схватила стакан, с энтузиазмом приподняла (не смотря на вкус, "Пандора" очень быстро опьяняла разум, и ещё быстрее тело), воскликнула: "- Ну!..", и задумчиво замолчала.
Повелитель стукнул своим стаканом об мой стакан и произнес:
- За нас.
Я покосилась на него с настороженностью и отпила.
Порядок - главные из качеств характера.
Вот теперь это была водка: крепкая, горькая водка, кажись, градусом сто. Я даже удивилась, как это у меня желудок не сгорел. И хорошо, что чаек ещё в кружке оставался, иначе пришлось запивать ромом, а он тоже на вкус не как Лола-Сола!
- Вот это у вас, Повелитель, главные качества характера! - обескуражено простонала я, когда более-менее пришла в себя. - На вкус водка сто градусная!
- У тебя не лучше, - скривился Самануэль. - На вкус кофе с кофьяком!
Я вновь истерично хихикнула. Но Повелитель на этот раз интересоваться, почему не стал. То ли испугался ответа, толи решил, что я уже допилась до той стадии, после которой женщина хихикает с любой фразы мужчины.
Вот подошла очередь четвертого стакана, и хихикать мне тут же перехотелось.
Мы выпили без тоста, салютовывания, без чоканья. Неспешными глотками, а не залпом как остальные.
Хаос - бунтарство судьбы, так что лучше не пить четвертый стакан.
Это было пиво: вкусное, немного терпкое пиво.
Не знаю, какой был вкус у Самануэля, но его лицо вдруг стало таким расстроенным, обескураженным и потерянным, словно у потерявшегося мальчика.
- Вкус пива, - ответил он на моей немой вопрос.
- Ты тоже, - неизвестно с чего обрадовалась я. - Притом, довольно неплохое.
- Ты хоть понимаешь, что это значит, Ивона? - расстроено спросил Повелитель.
- Нет, - покачала я головой и с удивление поняла, что от этого кабинет стал кружиться.
- Пиво - это выпивка друзей.
Самануэль медленно опустился на стул, который я недавно занимала, и грустно рассмеялся.
- Ты права, Ивона, я глупец! Я вновь испугался впустить кого-то в свое сердце. Ведь ты мне нравилась: ты умная, привлекательная и интересная женщина. Но вместо того, чтоб, как ты и сказала, "крепко вцепиться в тебя и греться", я хотел создать такую ситуацию, из которой ты просто не смогла бы выбраться и согласилась б на моё предложение. И когда я почти создал её, Судьба щелкнула меня по носу, и заявила, что единственное, на что я могу рассчитывать - это дружба. Хаос бы её побрал!
Возможно, виной был "Ящик Пандоры". Возможно, женское сердце. Возможно, я в некотором смысле поняла поступок Повелителя. Возможно, я всё же была дурой. В общем, я не удержалась, подошла к сгорбившемуся мужчине и обняла его за плечи.
Вообще-то, я хотела просто дружески его приобнять (ха-ха!), но Самануэль крепко обнял меня за талию, резко дернул к себе на колени, от чего я не удержалась на ногах и примостилась на них, и мгновенно поцеловал.
И я - Хаос бы его побрал - ответила! Правда, не очень долго, так как мои губы вдруг обжег огонь. В ужасе я вскрикнула и испугано отпрянула от Повелителя.
Самануэль взглянул на меня с обидой, желанием и гневом, словно на кость, которую вредная хозяйка вырвали из пасти. А затем его лицо исказил чистый гнев, и он яростно воскликнул:
- Вот мелкое отродье Хаоса! И когда только успел?!
Губы и подбородок пекло, но уже не так сильно.
- Что происходит? - проскулила я и кинулась к зеркалу на стене.
Уж лучше бы я этого не видела. Мои губы, подбородок и часть правой щеки были словно измазаны в саже. Я попыталась стереть чёрноту пальцами, но не смогла. Так же как и платком.
- Это сделал Игнатриас, - подойдя ко мне и хмуро уставившись на отражение, произнес Самануэль. - Это, можно так сказать, магический пояс верности. Мало того, что к тебе теперь противоположный пол не может прикоснуться, так ещё на теле остаются отметины в местах, где соприкасается кожа.
- Ты можешь его снять?! - воскликнула я.
- Нет. Я владею силой Порядка, а не Хаоса.
- И как мне теперь убрать эти следы?! - эти пятна меня особенно бесили.
- Это может сделать только тот, кто наложил на тебя заклинание. И метод там довольно интимный. Хотя ты, вскоре, узнаешь, - Повелитель криво усмехнулся.
- Почему он, вообще, это сделал? - ворчливо спросила я, жалея, что когда была возможность, нужно было всё же огреть принца коленкой между ног.
- Он серьезно настроен на твой счёт, - холодно ответил мужчина. - И, скорей всего, именно поэтому мы можем с тобой быть только друзьями.
- Какого Хаоса ему, вообще, от меня надо?! - вообще-то, вопрос был риторический, так как я, точно, не рассчитывала, что Самануэль на него ответит:
- Он, так же, как и я, сглупил. Только если я сам не захотел следовать судьбе, то Игнат не понял её намек. А когда понял... - Повелитель как-то зловеще замолчал, потом он посмотрел на меня и серьезно произнес: - Извини за поцелуй, я не должен был. И... и за всё прости меня, Ивона.
- Знаешь, - задумчиво произнесла я, - последний Повелитель домена Тьмы ушел в Ничто, чтобы защитить свой народ. Ты попытался воспользоваться мной. Могу ли я тебя понять? В некотором смысле - да. Простить? Не знаю.
Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза, затем Самануэль отвернулся, подошел к своему стеклянному столу, нажал на кнопку переговорника и холодно приказал:
- Моника, пришлите машину для идел Ивоны Стикс.
Я направилась к двери, и возле неё застыла, услышав:
- Я всё же надеюсь, что мы станем друзьями, Ивона.
- Ночи порядка, - вежливо произнесла я, не оборачиваясь, и, не сдержавшись, добавила: - Самануэль.