Что поделать? Посмотрим, чем ты там меня удивлять собрался, Горлукович…
Глава 11
Глава 11
Москва. Район «Вышка». Башня «Колосс», апартаменты Лескова Владимира Николаевича.
Я спал, аки младенец — то есть, орал и ссался в кровать. Нет, конечно без этого всего.
Я спал как младенец в сказочном мире, а не в настоящем — крепко и не проснулся за ночь ни единого раза! Из-за того, что я открыл «форточку» в комнате было свежо, но, укутавшись в одеяло, мне было так комфортно, что спал я без задних ног. И это несмотря на то, что вроде как новое место.
С утра проснулся сам — за одну минуту до будильника, а уж когда выпил кофе, мне стало совсем хорошо. Утро получилось просто прекраснейшим, так что в академию я поехал в хорошем расположении духа, и даже часовая утренняя пробка не испортила мне настроения.
Стоя у деканата, я ещё раз проверил по планшету, туда ли я пришёл, а то бывал у меня случай, когда я не туда заглянул… Удостоверившись, что я точно там, где мне нужно быть, постучал в массивную деревянную дверь.
Дверь тут же распахнулась, и из кабинета показалась физиономия Горлуковича:
— О, Лесков! — Декан боевой магии схватил меня за руку и затащил в свой кабинет. — Заходи!
Он, блин, что, у двери, что ли, караулил меня⁉
— Садись. — Проведя меня до своего стола, он усадил меня в кресло. Буквально руками на плечи надавил, чтобы я сел. Сам же Горлукович прошёлся до сейфа, поковырялся в нём с минуту, и вернулся ко мне с мензуркой с розовой жидкостью в руке. — Знаешь, что это такое?
— Шампанское?
Я сначала брякнул, а потом пригляделся к Горлуковичу. Морда у него такая… довольная-довольная. И это мне что-то совсем не нравится. Когда у практикующего декана боевой магии очень довольная физиономия, инстинкты кричат, что это не к добру.
Горлукович мою шутку не оценил, даже намёк на улыбку не обозначил, просто проигнорировал мой вопрос и с по-прежнему довольной физиономией задвинул:
— Вчера поздно вечером мы экстренно встретились с Афанасием Ивановичем и он передал мне этот крайне редкий эликсир. Одну порцию для тебя, вторую -для Марьи. С помощью него мы сможем за неделю растянуть твои магические каналы для использования третьего колодца. А то и, чем чёрт не шутит, четвёртого! Всю эту неделю с утра и до самого вечера тебя ждут спаринги! Бои будут идти одни за другими! Так же император на эту неделю выделил лекаря — архимага, что будет латать тебя непрерывно. Нам нужно будет работать буквально на износ — пока действует эликсир!
Вчера по телефону Горлукович втирал мне, что у него для меня сюрприз, который должен мне понравится.
Перед глазами промелькнула «„мемная“» картинка из интернета в прошлой жизни — с девушкой и надписью «больной ублюдок».
Вот, кому в здравом уме может понравится, что его будут бить неделю подряд с утра и до вечера? А этот на полном серьёзе думает, что я должен быть рад…
Права была моя селезёнка, что сообщала мне сигналы о том, что довольная морда практикующего декана боевой магии — это плохой знак!
Горлукович протянул мне мензурку:
— Пей.
Я смотрел на мензурку несколько секунд, но потом, взял в руки.
Ведь, если так подумать…
Может и, когда тебя неделю будут дубасить в спаррингах — это не самое приятное времяпрепровождение, но я стану сильнее. Да и, наконец-то, смогу почти полноценно пользоваться своими колодцами! Так что — грех ворчать. Это, на самом деле, крутой подгон. Очень крутой подгон! Уж недельку как-нибудь потерплю постоянные тумаки. А учитывая, что всегда могу эйфорию подключить… В общем, для кого другого, это могло бы стать проблемой, а для меня — точно нет.
Открыл пробку, но прежде чем пить эликсир, принюхался. Несмотря на нежный розовый цвет, жидкость воняла какой-то мочевиной.
Зря понюхал…
Теперь, желания пить это — полностью пропало. Даже какая-то тошнота к горлу подкатила.
Горлукович, будто мои мысли подслушал:
— Давай-давай. Не отравишься.
Я скептически посмотрел на декана снизу-вверх, вздохнул и опрокинул содержимое мензурки себе в горло.
Ух, ё! Горечь-то какая!!!
Чуть не блеванул! Если бы не залпом саданул эту дрянь, а в несколько глотков могло бы и вывернуть…
Рожа Горлуковича из просто довольной стала будто светиться от… счастья, и он хлопнул в ладоши:
— Что ж! Не будем терять время. Пошли!
Встав с кресла, последовал за деканом из его кабинета, но тот, кое-что вспомнив, повернул голову через плечо:
— Да, Афанасий Иванович рассказал мне в общих чертах о твоих умениях, которыми ты пользовался в том числе в боях. Их тебе запрещено использовать. Пользоваться можно только магией из своих колодцев магии.
А вот это — подстава!
Это ж, я пока не растяну под этим эликсиром свои магические каналы, буду таких «„люлей“» получать в этих спаррингах… Я ж в магии почти ноль, пока что! Так ещё ж и те, кто будут со мной спарринговаться, небось с большим удовольствием мне «рожу» бить будут!
А проигрывать в одну калитку… обидно, что ли!
Одно радует, хоть боли чувствовать не буду, лишь одно унижение…
В общем, мем, что всплыл недавно в памяти, прям в тему!
Гнев, откуда-то из недр груди поднялся вверх и заполнил моё сознание.
Я тут же оскалился.
Ну, уж нет! Надо будет — хоть зубами загрызу, но буду стараться вырывать победу в каждом спарринге!
Хрен, я буду вам грушей для битья в эту неделю!
Москва. Кусково. Московская магическая академия. Полигон N13. Великая княжна Аничкова Марья Афанасьевна.
Девушка сидела на металлической скамейке, в углу ангара — недалеко от входа, а в десятке метров от неё, у подобных же скамеек, сгрудилась толпа пацанов из пятнадцати человек. Это, в основном, второкурсники и третьекурсники, но мелькала и пара студентов с четвёртого курса. Все были, кстати, с факультета боевой магии.
А вот, кого-то знакомого, из отпрысков высшей аристократии, великой княжне разглядеть там не удалось — а значит, там сплошь отпрыски баронов и, видимо, не самых известных в империи графских родов. Потому, наверное, никто и не рискнул подойти к великой княжне, и вся эта толпа тусовалась на отдалении.
Марья поморщила носик — рядом со входом находилось мужская раздевалка, и из неё, к счастью, очень редко, но всё-таки несло такой вонью пота, какая бывает… только в мужских раздевалках.
Девушка была бы и рада уже встать и перейти на другую сторону полигона, подальше от раздевалки, но ведь это могут расценить как пренебрежение со стороны имперского рода — мол, Марья Аничкова не захотела находиться рядом с не самыми известными баронскими и графскими родами империи.
Бред, конечно, но приходится временами даже подобную чушь учитывать…
Была бы из этой толпы хоть одна девчонка, можно было бы к ней подойти, да позвать за собой под надуманным предлогом, а так приходится сидеть и нюхать потные ароматы непомытой мужской раздевалки пока все ждут декана боевой магии.
Только великая княжна подумала об этом, как на покрытый полигон зашли двое — сам декан… и Владимир Лесков.
Горлукович, в прекраснейшем расположении духа, прошёл к основной массе парней и ткнул пальцем в сторону ближайшего:
— Ты будешь первым. — Декан хлопнул по плечу подошедшего к нему Лескова. — Первый твой бой будет с Владимиром. Следующий же. — Мужчина кивнул в сторону девушки, сидящей отдельно. — С Марьей. Представься.
Парень посмотрел в сторону великой княжны и сглотнул:
— Я-а-а, виконт Войцех Станиславович Циолковский. Третий курс, второй колодец.
Декан боевой магии кивнул:
— Отлично! В малый круг!
Парень посмотрел на Лескова с некоторой опаской, но вышел в малый круг, очерченный на полигоне белой краской на полу.
Всего десять метров в диаметре — его используют, в основном, для студентов первого и второго курса, третьекурсники же бьются обычно в среднем круге, а иногда и в большом прямоугольнике.