— А я слышал о существах, которые скончались от твоего чудовищного пения, — фыркнул Боендал.
— Если к нам решат подобраться орки, ты лучше молчи, а то они от твоего пения испугаются и убегут, — присоединился к брату Боиндил.
Ответив ему неприличным жестом, Баврагор завел новую песню, но Тунгдил приказал ему молчать.
— Мы должны услышать, если кто-то попытается к нам подкрасться, — сказал он, получив поддержку близнецов и Гоимгара.
— Ну, как хотите.
Баврагор перешел на тихое мурлыканье, завернулся в накидку и вскоре захрапел еще громче, чем раньше пел. Близнецы тоже улеглись, и лишь Гоимгар не трогался с места. Тунгдилу пришлось протянуть ему накидку, так как тот собирался спать сидя.
— Я знаю, что ты попытался сделать, — шепнул он Гоимгару через некоторое время, убедившись, что все остальные уже уснули.
— Я не понимаю…
— В другом зале, — напомнил ему Тунгдил. — Ты хотел исцарапать схему тоннелей, чтобы мы не могли ею воспользоваться. Зачем ты это делал?
В глазах гнома сверкнуло упрямство.
— Я просто хотел стереть с нее пыль.
— Кинжалом? — Тунгдил попытался заглянуть ему в глаза. — Я хочу, чтобы ты понял: я тебе не враг.
— Не враг? Нет, ты мне не враг. Ты никто. Ты даже не гном из племени Четвертых, — грубо ответил Гоимгар. — Одному Враккасу известно, откуда ты взялся, но ты точно не из нашего племени. Ты — выскочка и хочешь захватить трон, на который у тебя нет никаких прав. Но тебе это не удастся. Пускай мой король и приказал мне выполнять все твои требования, но я найду способ, как помешать тебе захватить власть, и помогу Гандогару стать новым королем.
— Ты поэтому не хотел ехать со мной?
— Возможно. А возможно, я просто ненавижу путешествовать, ненавижу драться, ненавижу переживать то, чего я не хочу переживать. Я не хотел ехать ко Вторым, а теперь мне приходится рисковать жизнью ради какого-то лжеца!
— Для меня вовсе не важен титул Верховного короля, Гоимгар, — попытался уговорить его Тунгдил. — И честно говоря, мне на этот трон совершенно наплевать.
— Так зачем же ты вступил в это соревнование? — опешил гном.
— Я хочу, чтобы мы выковали Огненный Клинок и победили Нод'онна, — с нажимом сказал он. — Дела в Потаенной Стране обстоят не наилучшим образом, и лишь мы, гномы, можем остановить обезумевшего мага. Именно это для меня важно, а вовсе не трон.
— Если бы я был на твоем месте, я бы лгал как кобольд, лишь бы добиться цели. Откуда мне знать, что ты говоришь правду? И что будет, если мы вернемся в Синие горы первыми? Разве ты не станешь королем, хотя и говорил, что тебе это не нужно? Разве мы не поэтому так спешим?
Тунгдил понял, что этим вечером ему не убедить Гоимгара в честности своих намерений, — недоверие гнома было слишком велико.
Кроме того, Златорукого задели слова о его происхождении, которое до сих пор было ему не известно. Тунгдилу приходилось притворяться, но в глубине души он чувствовал себя неуверенным и одиноким, и лишь мысли о судьбе Лот-Ионана и любимой подруги Фралы придавали гному силы продолжать весь этот спектакль, ведь иначе он не сможет повести спутников в разрушенное королевство Пятых. Тунгдил был готов все поставить на карту, лишь бы лишить мага-предателя власти и жизни.
— Давай не будем ссориться, — упавшим голосом предложил он. — Отдыхай, а я пока покараулю.
Тунгдил завернулся в накидку, чтобы не мерзнуть в холодном зале штольни. И вдруг раздался какой-то звук. Казалось, будто кто-то ударил молотом о скалу.
Гоимгар, который как раз пытался устроиться поудобнее, замер.
— Огры? — испуганно прошептал он. — Или духи гномов, погибших во время строительства этих тоннелей?
«Это может быть все что угодно». Не ответив, Тунгдил покрепче перехватил свой топор и прислушался, но звук не повторился.
— Должно быть, это камень, — медленно произнес он, успокаиваясь. — Камень упал с потолка и ударился о скалу. Не о чем беспокоиться.
— Может быть, следует разбудить близнецов? У них наверняка больше опыта, чем у тебя.
— Нет. Ничего там не было, — настоял Тунгдил. — Спи и не думай об этом.
Натянув накидку до бороды, ювелир укрылся щитом, и Тунгдил услышал, как он обнажил меч. Лишь после этого он позволил себе закрыть глаза.
«Что же это было?» Тихо встав, Тунгдил прошелся налево, а затем направо, прислушиваясь к тишине. Он думал, что, возможно, услышит шаги или какие-то другие звуки.
Ничего. В штольне было тихо.
Но неприятное предчувствие его не оставляло. «Вполне возможно, что за столь долгое время какие-то другие создания, а вовсе не гномы, стали считать эти тоннели своими». Брошенные с вызовом слова Боиндила могли пробудить кого-то, встречи с кем они не ждали.