— Достаточно, Боиндил, — призвал его к порядку Тунгдил. — Я знаю, что ты предпочитаешь драться, а не сидеть на месте, но тебе придется умерить свой пыл.
Буркнув что-то невразумительное, Бешеный умолк.
— Поехали. Чем быстрее доберемся до первой цели, тем лучше. — Тунгдил поднялся.
Остальные восприняли это как знак возвращаться на твердые сиденья вагонетки. «Вернется ли когда-то в эту группу гномов мир?» — обеспокоенно подумал Тунгдил.
— Интересно, как у них там все выглядит? — подумал вслух Боендал, готовясь подтолкнуть вагонетку. — Говорят, в королевстве Первых живут лучшие кузнецы нашего народа. Я попрошу их сработать мне новое оружие, получше моего молота.
— Ух! Отличная мысль, братишка! — воскликнул Боиндил. — Не то чтобы мне не нравились мои топорики, но, если племя Первых может предложить что-то получше, я не откажусь.
Вагонетка медленно покатилась вперед, и в тот момент, когда она должна была ухнуть вниз, Боендал запрыгнул на сиденье. Путешествие продолжилось.
Потаенная Страна, гномье королевство Вторых, Бероин, осень 6234 солнечного цикла— Я принял твое приглашение, Гундрабур, но не жди, что сумеешь меня переубедить, — сказал Бислипур, поднимаясь с колена после того, как он поприветствовал Верховного короля.
Его тон выдавал упрямство и неприязнь, и главе всех гномьих племен и его советнику стало ясно, что они могли бы и отказаться от этого разговора в пустом зале Совета. Но, возможно, Враккас сотворит чудо и неожиданно вобьет ему своим молотом в голову понимание. Гундрабур указал на стул, и Бислипур присел.
«Он явно выглядит хуже. Пальцы дрожат, и он даже руки не может поднять, — с удовлетворением отметил Бислипур. — Его возраст стал моим союзником».
— Мы решили сделать то, что нужно было сделать с самого начала вместо того, чтобы плести интриги, — начал Балендилин, усаживаясь рядом со своим королем. — Не в наших привычках пользоваться разницей во мнениях гномов, будто бесчестные кобольды, не так ли, Бислипур?
— Интриги — это неподходящее слово. Я пытаюсь найти союзников для того, чтобы воспользоваться шансом, представившимся нашему народу в сложившейся ситуации, — возразил он.
— Нас с Верховным королем интересует, каковы твои истинные мотивы, — прямо заявил Балендилин. — Мы не понимаем, зачем тебе вести детей Кузнеца на войну с эльфами в то время, как нас ждет более славная битва.
Вид у Бислипура был скучающий. Он даже не злился, как раньше.
— Верховный король, позволь мне уйти. Я не понимаю ваших мотивов, как и вы моих, а значит, у нас нет никаких причин для разговора. Все это пустая трата времени.
— А зачем тебе нужно время? — переспросил Балендилин.
— Для того чтобы подумать, — проворчал Бислипур.
Не ожидая разрешения, он встал и, хромая, двинулся к двери.
— Ты хочешь подумать? — произнес Гундрабур. — Ну что ж, тогда подумай о следующем. Никто из твоих спутников ничего не знает о твоей семье, Бислипур.
Гном остановился, но так и не обернулся.
— На что ты намекаешь, король?
— Я ни на что не намекаю, я просто даю тебе пищу для размышлений.
— Мы согласны, что ты сомневаешься в происхождении Тунгдила, — помог своему королю Балендилин. — Но, как говорится в старой пословице, не рой другому яму — сам в нее попадешь.
Бислипур вернулся к трону, сжав руки в кулаки.
— Что-то мне кажется, что вы плетете интригу, каких не видывали даже кобольды, — прорычал он. — Что вы задумали?
— Ничего. Но мы можем высказать свои сомнения вслух, рассказав всем, что твое происхождение также неизвестно, как и происхождение нашего претендента на трон, — заявил советник. — А строки о виновности эльфов в поражении Пятых — это подделка.
— Клевета! — Бислипур ударил обеими руками по столу, так что камень затрещал.
— Сам на себя посмотри. У тебя плечи шире, чем у всех гномов племени Четвертых, и никто никогда не видел, чтобы ты шлифовал камни или работал над изготовлениями драгоценностей. О твоих боевых искусствах и твоей силе даже среди орков легенды ходят, — холодно ответил Балендилин. — Вот что я узнал, когда поговорил с твоими спутниками. Твои враги могли бы подумать, что ты из племени Лоримбур.
— И ты смеешь бросать такое оскорбление мне в лицо?! Да клянусь моей бородой, я бы сам вызвал тебя на дуэль, чтобы защитить свою честь, если бы не был калекой!
Душа Балендилина ликовала. «Мои выдумки его всерьез задели!»
— Я предлагаю сделку. Ты будешь вести себя тихо, пока из Серых гор не вернется одна из экспедиций, и заявишь, что виновность эльфов в поражении Пятых недоказуема, а эти записи были кем-то сфабрикованы — кем угодно. Мы же, в свою очередь, обещаем, что не будем распространять слухи о том, что твое происхождение покрыто мраком.