— Нежить! Маги! Ложись! — заорал Лучник, за мгновение до того, как первый поток заклинаний ударил по каравану.
Глава 9
Инк очнулась ночью под проливным дождём. Поднялась из лужи у ручейка, посмотрела по сторонам. Кашлянула и чихнула несколько раз. Нашла на ощупь Ложку, и принялась есть созданную артефактом горьковатую хвойную смесь. Жёлтые глаза Инк слегка светились в темноте. Она думала.
В голове как будто бы слегка расступился сковавший мысли туман. Вспомнились рецепты зелий, амулетов, некоторые знания из Книг. Знания были хаотичны. Как будто бы вихрь крутил в воздухи сотни тысяч тысячи вырванных книжных страниц, а разум пытался поймать хоть одну из них. Иногда получалось выдернуть из вихря что-то полезное, иногда информация была бессмысленной, иногда же страница уворачивалась и улетала. В голове всплыли арканические знания, и вместе с ним пришло понимание Пурпурного Луча, Удара и огня.
Лучом можно было выстрелить, можно было покрыть им руку или предмет в ней. Можно было больше не кричать «Фаэль» (кроме случаев, когда очень хочется), хватало мысленного усилия. Пурпур можно было заменить на огонь. Заряженный пурпуром предмет становился прочным, а огненный — ударял пламенем и поджигал при ударе, при этом укреплялся он слабее. Приходило понимание, как, постепенно, можно научиться создавать лезвие, но полное знание ускользало и на изучение нужно было время. Много. Времени не было.
Сидя в луже, Инк проглотила ещё кусок питательной хвойной жижи, и продолжила думать. Её поливало ливнем, вдали грохотали раскаты грома. Её это мало беспокоило.
Медведь обязательно вернётся, и не успокоится, пока не прогонит или не убьёт Инк, не сломает все её инструменты и лес не вернётся в первозданный вид, без тёмно-серых чужаков с рожками.
А значит, медведь стоял на её пути. «Убей!» — снова на двух языках одновременно прозвучало у Инк в голове, и она поморщилась. Хвойную смесь было бы неплохо разбавить мёдом и соком солнечной ягоды.
Нужен был большой кристалл. Большая ровная поверхность. Простейшая защита, лёгкая. У неё было дней шесть, не больше. В голове услужливо всплывали выхваченные из вихря памяти рецепты.
— Из шкуры — Тапок. — погрозилась Инк отсутствующему медведю.
Она старательно работала следующие дни. Рядом с ручейком она расчистила поляну, заряженной пурпуром «Лопатой», которую она быстро сделала из кусков дерева. Сорвала траву и сложила в кучу. Из выкопанной глины, грязи, и травы, Инк сделала жижу, которой покрыла участок, создавая ровную поверхность. По краям поверхности она расставила пять булыжников, в которых сделала выбоины деревянным «долотом». В выбоины она вставила оставшиеся от эксперимента ложно-янтарные «капли». Их пришлось искать в ручье, ведь в последний визит Медведь перевернул «стол» с ними. Затем на каждом булыжнике она добавила глиняный слой, на котором старательно вывела магический круг и письмена. А потом пришлось соединить ближайшие булыжники длинными, связанными друг с другом ветками.
Инк спала на дереве, привязавшись к стволу верёвкой. Во сне она убегала от закованных в серебристые доспехи медведей, бежала к самоходному вагону и портальной арке. Но, добежав, она увидела, что портальную арку сломали, а из самоходного вагона особо крупный медведь, достал её Любимый Стул. «Гро» сказал ей медведь, передал Стул стоящему рядом с ним не-медведю фанатику, тому самому, что кинул в кристалл молотом. Полированный фанатик торжественно принял в руки Стул, затем откусил кусок спинки Стула и начал её пережёвывать, ехидно глядя на Инк.
— Отдай! — закричала Инк, свалилась с ветки, повисла на верёвке и проснулась.
Кроме пяти камней нужен был кристалл. Не было поблизости ни шахт, ни гор, ни залежей хрусталя, и поэтому она попыталась сделать стекло. Из песка, древесного пепла и костей мелких животных. Но пока что процесс заканчивался провалом, и для запасного плана Инк собирала смолу, чтобы попытаться сделать большой кусок ложного янтаря.
Параллельно с этим она проверяла ловушки, в которые попались два лесных зверька. Один из зверьков был обращён в пыль, а второго Инк пустила на шкурки. А сейчас, пока в печи спекался стеклянный кристалл, она вычерчивала на земле между пятью камнями огромный магический круг. Большая окружность, внутри неё окружность меньше. Сложные письмена бегут по внешнему кругу, и повторяют то самое заклятие. «Повелеваю я тебе…». Было бы хорошо каменную плиту, но не было ни плиты, ни серебряных алхимических чернил, ни времени, и получался хрупкий узор на хрупком глиняном полу. Когда узор был закончен, Инк закрыла круг сухими листьями и ветками и попыталась вернуть поляне первозданный вид.