Верховный конунг визигётов вдруг словно спохватился и стал крутить головой в поисках сарматов. Но их уже на старом месте не наблюдалось. Они успели уже зайти по дуге к реке и начать атаку, стремясь с Берославом ударить как молот и наковальня.
— Проклятье! — рявкнул этот конунг и направил своего коня в сторону брода. — За мной! Уходим! Уходим! Черный колдун! Спасайся кто может! — кричал он, пробиваясь вперед.
Несколько секунд его бегство проходило в гордом одиночестве. Но потом, словно что-то хрупнуло. Вся эта толпа германцев вздрогнула, пошла волной и ринулась наперегонки к реке.
Слишком нереальным выглядел этот строй.
Мало ведь.
Мало.
Это и невооруженным глазом было видно. Да только вышли и нагло идут. И так, словно сами высшие силы направляют их. Ну и сарматы. Они развернулись и разгонялись для их знаменитого копейного удара. Крайне опасного. Особенно страшно выглядели вон те — с большими щитами…
Никто, впрочем, до драки дело не довел.
Слишком много было еще германцев, и вступать с ними в «собачью свалку» на переправе или сразу после нее означало понести страшные потери. Или даже проиграть.
Люди Берослава и так слегка дрожали, от психологического напряжения. Многие из них с трудом сдержались, чтобы не «навалить» в штаны, наступая на ТАКУЮ толпу. Да и идущие за Гатасом не сильно рвались героически погибнуть…
— Победа! — рявкнул Берослав, когда его войско складно, просто образцово перестроилось, развернувшись направо и встав лицом к броду. В то время как балеарские пращники и сирийские лучники высыпали с флангов и на пределе своей скорострельности накидывали по отступающим. — Ура!
— Ура-а-а-а-а-а! — протяжно заорала тысяча глоток.
И несколько мгновений спустя к ним присоединились и сарматы, которым этот клич пришелся по вкусу…
Часть 2
Глава 9
171, липень (июль), 8
Дарья скучала.
Германцы не спешили повторить штурм.
Вместо этого они активно стучали топорами где-то в лесу и прогуливались возле крепости, изучая ее. Порой излишне близко.
Очень хотелось этих любопытствующих накрыть. Они ведь входили в зону поражения почти что всех средств поражения, исключая, пожалуй, пилум. Но под давлением Дарьи все держались. Более того, чтобы имитировать оскудение защитников, даже несколько раз провернули простой трюк. Вечером из ворот выбегала группа мужчин — в дюжину-полторы с лодкой на руках. Добегала до реки. Садились в нее и уплывали вниз по течению скорее, чем германцы успевали отреагировать.
Ночью же, идя на маяки из факелов, они возвращались. И поднимались по спущенным им веревочным лестницам обратно. Лодку также вытягивали ручной лебедкой, благо, что она особым весом не отличалась.
Утром же это шоу повторялось, созывая имитацию отправки гонцов за помощью к Берославу. Ну и оскудения защитников. Ведь за шесть таких операций удалось имитировать отсылку около восьмидесяти молодых мужчин. То есть, добрую половину защитников. И словно в подтверждение этих слов со стен пропорционально убирали людей. Даже с некоторым запасом. Из-за чего сейчас там находилось всего ничего людей. Горстка.
Германцы же не реагировали.
Смотрели.
Думали.
И ничего не делали.
— Почему они медлят?
— Так помнишь — барабаны? Они уверены, что все окрестные кланы уже знают и теперь людей собирают. Да и наших восемь десятков ушло. Они ведь теперь соединятся.
— Наоборот же, спешить надо.
— Надо, — согласился Рудомир. — Но они чем-то иным заняты.
— А поля чего не разоряют?
— Они чем-то более важным заняты.
— Чем же?
— А мне почем знать? Можа готовятся? — отрезал ведун с раздражением. В том числе и потому что сам не понимал, что происходит. А тут его женщина какая-то донимает.
Никто в Берграде не понимаю замысел гётов, но лезть к ним ближе с целью что-то разведать даже не пытались. Потому как на опушке у них постоянно сидели люди. А по ночам они несколько костров раскладывали на подходах, из-за чего проскочить выглядело нереальным, если тайком. Наверное, через лес можно пролезть, но это неточно. Поэтому сидели в городе и дразнили как могли, провоцируя. В конце концов, время работало на них. И ополчение кланов действительно собиралось, если верить сведениям, поступающим из Священной рощи. Ради чего перемигивались лампами в день по несколько раз. С правильного ракурса, разумеется, чтобы гёты не приметили…
Вот и сегодня Дарья посреди ночи поднялась на донжон.