— Что-то случилось? — чуть дрожащим голосом спросила Тереза. Григорий перевел взгляд на нее и понял, что она совершенно искренне ожидает нападения какого-нибудь жуткого монстра. Григорий протянул ей руку.
Сфокусировав свой магический радар, Григорий обшарил им окрестности в том месте, где исчез зверек. Других магов поблизости не было, но это служило малым утешением. Погостив у Франтишека, Григорий теперь лучше представлял, на что способен этот маг, однако это вовсе не означало, что теперь он будет всегда способен распознавать присутствие его приспешников, а особенно если эти приспешники — не люди.
Григорий решил, что крыса… или несколько крыс снуют неподалеку, но разыскивать каждую из них особой нужды не было. Их любопытные глазки можно было ослепить, и Николау не сомневался, что эта маленькая хитрость подействует даже на этих прихвостней Петера Франтишека.
— Да нет, ничего, ерунда, — заверил свою спутницу Григорий как можно более беспечно. — Не то кошка, не то щенок.
Наконец они добрались до машины Терезы. Когда она отперла дверцы и они забрались внутрь, Григорий наконец отважился спросить:
— А куда мы едем?
Несколько секунд Тереза смотрела в одну точку прямо перед собой и только потом ответила:
— Не знаю, может быть, я сошла с ума, но почему-то мне кажется, что я должна доверять вам. Мы поедем в единственное место, где я еще ощущаю себя в безопасности. Ко мне домой. — Она вымученно-игриво улыбнулась и предупредила: — Вы только ничего такого не подумайте, прошу вас. Соблазнять вас я не намерена.
— Жаль, — в тон ей отозвался Григорий и весело улыбнулся в ответ. — Если передумаете, дайте мне знать.
— Я подумаю.
За попыткой Терезы оживить разговор последовало неловкое молчание. Она завела двигатель и включила радио.
Звучала пьеса, в которой Григорий сразу признал Сибелиуса. Еще минута — и он уже мог точно сказать, что это «Финляндия». Григорий предпочел бы, чтобы сейчас звучало что-нибудь более романтичное. Тихонько вздохнув, он откинулся ни спинку сиденья и стал слушать музыку.
Эрик дождался, пока Тереза и европеец выйдут из конторы, и поспешил к телефону. Набирать номер для беседы с хозяином нужды не было, но Эрик сделал это для проформы.
— Алло? — ответил грубый хрипловатый голос.
Конрад. Этого камердинера молодой человек боялся почти так же сильно, как и самого господина. Не сумев сдержать дрожи в голосе, Эрик доложил:
— Они только что ушли. Она захватила с собой какие-то папки.
— Что в них?
— Наверное, что-то про этих людей.
Последовала пауза, которая могла означать одно-единственное: Конрад пересказывал изложенное Эриком господину Франтишеку. Немного погодя камердинер вновь взял трубку.
— Значит, все идет как надо. Господин Франтишек говорит, что теперь ты можешь уходить домой. Но будь готов, тебя могут вызвать.
— По… понимаю.
— Вот и славно.
Из трубки тут же послышался непрерывный гудок.
Эрик еле сдержал вздох облегчения. В отличие от большинства из тех, кто служил господину Франтишеку, он не считал себя образцовым разведчиком. Он полагал себя выше шпионских поручений и надеялся в один прекрасный день поступить в ученики к связанному господину и научиться тому, как пользоваться тем могуществом, которым тот, бесспорно, обладал. Разве господин не сказал тогда, когда впервые призвал Эрика к себе, что тот подает большие надежды?
Мечтая в таком вот духе о своем блестящем будущем, Эрик прибрал у себя на письменном столе. Уже почти все сотрудники разошлись по домам. Только самые заядлые трудоголики все еще торчали на рабочих местах. Эрик мечтал о том дне, когда он сможет забыть о «Дозорном» и шагнуть навстречу своей истинной судьбе.
Он вышел из офиса и зашагал к платной автостоянке, которой пользовалось большинство сотрудников. Впереди него шагали двое-трое агентов, пара человек встретилась на пути. Смеркалось.
Мечтания подняли Эрику настроение, и он по привычке на ходу подбросил вверх ключи от машины. Это было признаком того, что он редкостно доволен собой. Насвистывая и не обращая внимания на удивленные взгляды редких прохожих, Эрик шагал к стоянке.
Дойдя до угла дома, в котором располагалось агентство, Эрик еще раз подбросил ключи.
Секунда.
Еще секунда.
Ключи не упали на раскрытую ладонь Эрика.
Эрик поднял голову, но не понял, куда бы могли деваться ключи. Им положительно не за что было зацепиться.