– А вот там, в церкви была студия рисунка.
Он махнул рукой в сторону золотого купола.
– И что вы там делали, просто рисовали, или какие-то задания были?
– Сейчас расскажу. Именно здесь, прости Господи, я первый раз в жизни увидел голую женщину.
– Что ты увидел? – остановилась Надя. – Да не может быть!
– А вот слушай.
Они подошли к желтому храму с белыми пилястрами. Из-под оконных козырьков смотрели белоснежные головки ангелков с крыльями.
– Здесь в то время работала кафедра рисунка. – Продолжил Лялин. – Куполов тогда не было, но само здание оставалось. И занятия курсов проходили здесь. Там внутри был круглый подиум, для нас на него ставили вазу или гипсовую голову. А вот старшекурсники рисовали голую натуру. И кто-то рассказал, что есть щель, в которую можно подсмотреть. Мы после занятий остались в туалете, дождались, а там! Действительно голая девушка с вот такой грудью! – Лялин поднял руки, словно держал перед собой два огромных арбуза. – До сих пор перед глазами стоит…
– Вообще-то ты хотел рассказать про студию рисунка, – недовольно напомнила Надя.
Они вышли за ограду и повернули в сторону Неглинной.
– Про что? А, да, рисунок… А я тебе рассказывал, что еще занимался в Пушкинском музее в кружке юных искусствоведов? Нет? Так вот, очень хорошие были курсы, а потом мне выдали удостоверение с фотографией, по которому я мог бесплатно проходить в музей и проводить…
– Девушек? – подсказала Надя.
– Девушек! Что у тебя в голове, моя юная муза! Экскурсии по музею! Кстати, девушки не очень ходили со мной в музей.
– А почему?
– Потому что у меня были одни брюки и один зеленый свитер. О таком изобилии я мог только мечтать! – он махнул рукой в сторону ближайшей витрины. «А все Кузнецкий мост, и вечные французы», – покачал головой он.
– «Оттуда моды к нам, и авторы, и музы…» – продолжила Надя. – А может, в ЦУМ, купим сумочку вместо Парижа?
– В «Мюр и Мерилиз»? – переспросил Лялин и, не дожидаясь ее вопроса, пояснил. – Раньше он назывался «Мюр и Мерилиз» – по именам основателей, и тогда действительно был универсальным магазином, для всех. Чехов в письме из Ялты просил сестру заказать там для него шапку. А вот мы и добрались.
Они зашли в угловой дом с закругленным фасадом и поднялись на второй этаж. Общение с турагентом было недолгим. Лялин и Надя сели за стол в небольшом кабинете, стены которого украшали яркие виды достопримечательностей разных стран. Надя, заполняя анкету, не могла вспомнить, как пишется «не замужем», слитно или раздельно.
– Можешь писать – в гражданском браке, – подсказал Лялин, когда она попросила его помочь.
– Почему? – стараясь не показать своей радости, ответила она. Было приятно слышать, что Повелитель назвал ее женой, пусть не настоящей, но все же…
– Ты же не работаешь, я все равно должен написать расписку, что все расходы по содержанию беру на себя.
– А! Ну хорошо.
Когда с деньгами и документами было покончено, они сели в первый попавшийся на глаза ресторанчик со смешным названием «Креветки и салфетки». Надя заказала себе большое блюдо с креветками, а к ним салат с тунцом и апельсинами. Лялин выбрал телячьи щеки в горшочке, бутылку шампанского и еще сто граммов водки. Надя немного удивилась, но ничего не сказала. В конце концов, сегодня они имеют полное право напиться хоть до бесчувствия. Правда, бесчувствие все же должно наступить после семинара.
– Ты что, премию получил?
– Почти. О деньгах не волнуйся.
Надя слышала, что зарплаты у преподавателей небольшие. Но Лялин занимался еще репетиторством – готовил школьников к поступлению в МГУ.
– Да я вообще не волнуюсь. Вот только прогулы у меня будут.
– Да, надо было тебе как командировку оформить, от института… – то ли в шутку, то ли всерьез задумался Лялин.
– Вот и оформи! – засмеялась Надя. – А куда мы пойдем в Париже? Я хочу в музей Родена!
– О как! Неожиданно. А я думал – Лувр, Эйфелева башня…
– Ну, конечно, Лувр и башня! И Версаль еще. Но я обязательно хочу к Родену. Все началось с фильма «Камилла Клодель»…
– Это который с Депардье?
– Да! Из-за него я влюбилась во французский язык, и в институте выбрала его с нуля, хотя в школе учила английский.
– Так ты еще и француженка!
– Я русская!
– Но любишь французский язык.
– Люблю. А ты нет?
– Обожаю! И обязательно надо будет сходить в Орсе…
Они увлеклись обсуждением парижских достопримечательностей. Наде хотелось увидеть как можно больше, ведь она впервые ехала в город любви.