– Незаменимых нет, – сказал Кизиков.
– Незаменимых нет? – Ася повернулась к нему. – Леша, оставь это для слабаков. Есть незаменимые! Кто мог быть на месте доктора Живаго, Мастера, Гамлета? Кто мог занять место Анны Тимирёвой, Роксоланы, Дианы де Пуатье? Ты мужчина, ты не понимаешь, что женщине очень важно чувство заполненности. И нечего хихикать, хотя да – и это тоже важно! Думаешь, просто так природа задумала самую важную близость как наполнение женского мужским? Если в женщине нет любви, в сердце приходят рядовые человеческие мерзости, они вгрызаются в него словно черви, чтобы остаться там навсегда, и единственное лекарство, могущее вымыть всех этих тварей – любовь. Единственный признак меня в этом мире. Мое оправдание, мой свет, то, для чего я родилась и упаси бог предложить ее не тому. Кто не увидит, не возьмет, не почувствует, кому нужно другое. Потому как незаменимые – есть.
– А почему же тогда ты все время себя предлагаешь не тому?
– Я не знаю! Может, у меня такая судьба? Я даже стихи писать боюсь, потому что в них постоянно предсказываю какой-то ужас и он сбывается. А у вас бывает, что вы предсказываете в стихах будущее?
– Как Пушкин предсказал метро? – спросила Надя.
– Это где он такое предсказывает? – удивилась Марина.
Процитировала она.
– Под водой? Да это тоннель под Ла-Маншем! – воскликнул Вадим.
– Под водой – это реки Москвы. Думаешь, нет ни одной станции, которая бы проходила под какой-то рекой? А на каждой станции трактир – кто бегает за пирожками в переход?
– Ладно, убедила. Кстати, о трактире – а не отправиться ли нам в него? А то я что-то замерз.
Ночью Наде снилось, что она одна из героинь Достоевского, вокруг вертятся графы и генералы, а потом они с Повелителем едут в поезде под Ла-Маншем, и с ними в купе путешествует Пушкин, и из-за него они не могут насладиться желанной близостью… Это был прекрасный, но и мучительный сон.
20. Весна в Париже
В аэропорту Лялин купил небольшую бутылку коньяка Courvoisier: «Раз уж летим во Францию!»
Наде предстояло увидеть Париж впервые. Кроме «Волхва» Фаулза она взяла в путешествие еще одну книгу – объемный путеводитель. В иллюминаторе Надя видела край крыла, плывущего над белыми облачными кудряшками. «Какой он, Париж?» – думала она. Об этом городе Надя знала из романов Гюго, Дюма, Бальзака, Флобера, Стендаля…
Она немного переживала из-за осенних беспорядков и стычек полиции с мигрантами, тогда помимо всеобщих погромов и поджогов даже был угнан автобус с русскими туристами. Именно в тот период родился анекдот: «Д’Артаньян не смог доставить подвески королеве, потому что в предместье Парижа арабы сожгли его лошадь». Но Лялин убедил ее, что переживать не стоит, единственное, чего можно немного опасаться – это забастовка транспортников, и тогда им придется на некоторое время задержаться во Франции, что не так уж и плохо.
Наде нравилось все: самолет, стюардессы, легкий обед с оранжевой чайной чашкой, похожей на пластмассовые чашки с лимонадом, которые разносили в самолетах ее детства. После аэрообеда, обогащенного несколькими глотками коньяка, Лялин достал книгу в твердом бордовом переплете. «Серебряный век и теософские концепции эпохи», – прочитала Надя.
– Вот это ты подготовился! Хорошая вещь?
– Интересная. Я тебе потом дам. А как тебе «Волхв»?
– Не знаю, я сейчас только начну читать.
– Тогда я пока ничего не буду говорить.
Полет прошел гораздо быстрее, чем она ожидала. Первый день в Париже оказался пасмурным. Небо висело над городом низкими облаками, готовыми вот-вот превратиться в дождливые тучи. Туристический автобус привез их в небольшой отель недалеко от Монмартра. Еще в Москве они решили, что на экскурсии с группой ездить не будут, пробежка по основным достопримечательностям в сопровождении гида равно не заинтересовала их обоих. Надя хотела в музей Родена, Нотр-Дам и подняться на Эйфелеву башню, Лялин планировал посетить Орсе и съездить на Сент-Женевьев-де-Буа – навестить Бунина и Георгия Иванова.
Из их окна сквозь покатые крыши с оранжевыми трубами просматривались белые купола собора Сакре-Кер.
– И хочу еще туда! – запрыгала Надя возле подоконника. – Мы же пойдем сегодня гулять?