Иногда по работе приходилось задержаться подольше, но Надю это не смущало. Если нужно закончить дело, она готова была остаться в издательстве хоть на всю ночь. В прежних организациях иногда тоже нужно было остаться после окончания рабочего дня. Но какая это была мука! Каждая минута казалась Наде чуть ли не годом бесцельно потраченного времени, жизнью, выброшенной впустую. Здесь же все было по-другому. Словно она наконец нашла место, предназначавшееся именно ей, и пять лет на этой работе казались драгоценным подарком судьбы.
С главным редактором «Шифра» Виктором Григорьевичем Кубениным, темноволосым высоким мужчиной, недавно отметившим пятидесятилетний юбилей, Надя встречалась лишь на регулярных планерках. Начальник ей нравился. Говорили, в юности он очень хотел стать поэтом, но талант стихотворца оказался несравнимо хуже организаторских способностей, которые он использовал для создания собственного издательства. Как раз в эту пятницу Виктор Григорьевич, возможно, вспомнив свое поэтическое прошлое, задал сотрудникам задачу: найти специалиста для создания новой антологии.
– Коллеги, нужен профессионал. У кого есть выходы на спеца по Серебряному веку? Только мне нужен лучший!
– У меня есть контакт Бутова, – предложила редактор худлита, Татьяна Зубкова.
– Ну нет, – махнул рукой Кубенин. – Он, конечно, неплох, но пишет не для людей. Его статьи читать невозможно, если ты не узкий спец. Кто еще?
– Гагаров? – спросил Славик Гибин из отдела поэзии.
Славик получил образование химика, кроме того окончил ВЛК Литинститута. За это коллеги звали его Ломоносовым. А Надя за глаза называла Мальком. Славик был прозрачным блондином со светлыми ресницами – надо же, какой, подумала она при встрече. Ну вылитый малек! Надя Мальку-Ломоносову нравилась, и они даже как-то сходили в кино. Она замечала, что Славик добрый и неглупый, но второй раз идти с ним в кино ей не хотелось. Однако коллега не терял надежды и каждую пятницу нависал над ее столом с очередным приглашением, это даже стало своего рода игрой.
– Гагаров? – переспросил Виктор Григорьевич. – Ну вы что, простите меня, совсем? При чем здесь Серебряный век? Может быть, раньше он мог бы, сейчас – нет. Ну, кто еще? Предлагайте, я жду. Что, ни у кого нет хорошего литературоведа?
– Есть. – Тихо сказала Надя. – Андрей Лялин.
Все посмотрели на нее.
– Лялин? – задумался Кубенин. – А, это же тот самый, он еще преподаватель. Точно, как же я сам не вспомнил! Так что же вы сидите! Идите звоните ему!
Надя долго смотрела на серый кнопочный телефон, не решаясь набрать номер. Она могла бы позвонить с мобильного, но не была уверена, что Лялин ответит на звонок от нее. И что сказать? «Здравствуй, это я»? Или позвонить, представившись сотрудником издательства? А если он ее не узнает? Надя поняла, если будет медлить, никогда не решится. Она подняла трубку. Слушая гудки, Надя начала рисовать на краю листа то ли дерево, то ли цветок, но успела вывести лишь несколько линий, когда услышала его голос.
– Здравствуйте. Это я… Надя… Надежда Милютина из издательства «Шифр». Мы ищем специалиста для создания новой антологии по Серебряному веку, вы могли бы… Ты бы мог… Ты меня слышишь?
– Да-да. Вот это… неожиданный звонок. Я сейчас иду, погоди, перейду дорогу, тут шумно. Не понимаю, какое издательство, что за антология?