В один миг в усыпальнице смолкли все разговоры, и воцарилась тишина, которую нарушал только шум воды в водопадах и шорох осыпающегося известняка.
Лёгкого прикосновения детской ладони, хватило, чтобы за каких-то пять секунд весь известняковый холм осыпался.
— Первый Белый дракон! — Теперь уже и Ютиас перешёл на благоговейный шёпот.
Вид огромного, прекрасного зверя, чья усеянная короной роговых наростов голова, мирно покоилась на сложенных под ними лапах, внушал трепет и восхищение. От дракона исходила аура невероятно сильной энергии. Энергии, которую никто из стоявших перед зверем людей ни разу не ощущал на Атлантиде. Впрочем, как и на Земле, ведь Краниосу, Ютиасу и Гапериану приходилось бывать в двух мирах.
— Как-то он не сильно похож как на несколько тысячелетий мёртвого дракона? — Забеспокоился Краниос. — А если он жив, и просто спит?
— Успокойся Краниос, он мёртв. — Заверил гиганта Ютиас, после того, как просканировал дракона внутренним зрением.
Да, от Первого Белого дракона исходила какая-то странная и непонятная энергия, но, увы, не было ни одной жизненной энергии. Так что никаких сомнений не было, что лежавший перед ним могучий зверь, был мёртв.
Будучи командиром корпуса «Дракон», Гапериан при осмотре Первого Белого дракона, после того, как возбуждение и эйфория от их находки немного спали, больше уделял вниманиефизическим параметрам одного из первых представителей драконьего рода. От него не ускользнуло, что своими размерами этот дракон превышал всех своих собратьев, ныне обитавших на Атлантиде.
— А ни кого не смущают размеры этого дракона? — Наконец, обратился он к остальным.
— К чему ты ведёшь? — Ютиас сразу понял, что Гапериан не просто так затронул тему размеров лежавшего перед ними Первого Белого дракона.
— Да ему просто неприятно, что Марус в сравнении с этим драконом, смотрится как пони рядом с могучим Каринбийским боевым жеребцом. — Сделал свои выводы Краниос, не упустив при этом шанса, поддеть друга.
— Тебе лишь бы шутить. — Гапериан недовольно сверкнул глазами на наконец-то, осмелившегося, приблизиться к Белому дракону гиганта. Неожиданно, его глаза испуганно округлились, а из-за рта вырвался предупреждающий крик. — Он жив!
Словно перепуганный заяц, Краниос отпрыгнул от дракона на несколько метров. Наблюдавший за паникой друга Гапериан, схватившись за живот, начал истерично заливаться от смеха.
— Вот это был прыжок! Ты бы себя видел Краниос! — Пытаясь унять смех, подтрунивал над гигантом шутник. — Даже Арес не испугался, не то, что ты!
— С чего ты решил, что я испугался?! — Возмутился гигант. — Это был тактический отход.
— Надеюсь, вы, оба уже нашутились? — Ютиас строго посмотрел на Краниоса и Гапериана, чьё поведение сейчас напоминало поведение малых детей. На мгновение младшему волшебнику даже показалось, что они вернулись в годы их совместного обучения в монастыре Стихий.
Арес был немало удивлён став свидетелем такого поведения одних из самых прославленных и легендарных героев Атлантиды. Он, то думал, что это вечно серьёзные и строгие, отважные и беспощадные воины, бездушные орудия войны, только и делавшие, что сокрушают всех врагов Атлантиды. И сейчас для него открылось, что они такие же люди, как и все остальные. Способные шутить и наслаждаться всем радостям жизни.
— Какой пример вы подаёте подрастающему поколению. — Продолжал упрекать их Ютиас.
Но подрастающему поколению, было уже не до всего этого, так как всё его внимание переключилось на сделанную им находку, находившуюся посреди роговых наростов на голове Первого Белого дракона. Верней даже не он сделал эту находку, а какая-то неведомая сила заставила сына короля-оборотня обратить на неё своё внимание.
— Кажется, я что-то нашёл!
Прежде чем кто-то успел остановить Ареса, тот быстро вскарабкавшись на голову дракона, ударил рукой по своей находке, заставив с той осыпаться покрывавший её известняк. Было даже странным, что никто кроме него не обратил внимания на то, что только здесь, в этом месте оставался известняковый нарост, в то время как со всего огромного Первого Белого дракона, он осыпался при первом же лёгком прикосновении детской ладони.
— Это тотем! — Ютиас не верил своим глазам. Тотем, который они разыскивали, стоял прямо перед ними, на голове Первого Белого дракона.
Теперь младший волшебник понял, откуда исходила та аура странной энергии, которую он чувствовал и видел внутренним зрением. Это была аура и энергия тотема.
Тотема «Белого дракона»!
Глава 17
Глава 17 Пятая руна.
Тотемный столб был выполнен в виде резного дракона. Прекрасный могучий зверь, вытянувшись стрелой, с плотно прижатыми к чешуйчатому телу крыльями, как будто взлетал к неведомым высотам. Возносясь над миром смертных, навстречу к самим богам.
Высота тотемного столба была больше трёх метров, так что стоявшему рядом с ним Аресу, пришлось задрать голову, чтобы рассмотреть голову резного дракона.
За те тысячелетия, что тотемный столб покоился на голове мёртвого Первого Белого дракона, он впитывал в себя всю энергию, принадлежавшую этому одному из некогда самых могущественных созданий на Атлантиде. Вся впитанная энергия, распределялась по пяти рунам.
Одна руна была вырезана на голове дракона, вторая руна на лапе, третья на груди, четвёртая на крыле и пятая на хвосте. Пять Рун Тела. Пять Рун Энергии. Энергии, которая буквально переполняла собой каждую из этих рун.
— Не трогай его!!!
Испуганный, предупреждающий вскрик младшего волшебника, заставил Ареса стремительно отдёрнуть руку назад от тотема.
— Не вздумай дотрагиваться до тотема! — Уже более спокойно предупредил Ютиас. Помимо рун, тотемный столб покрывали и надписи на древних языках, некоторые из которых он успел прочитать. — Энергия тотема уничтожит тебя!
Арес был далеко не глупцом, чтобы не верить словам младшего волшебника. Без всяких возражений, он сразу отодвинулся немного от тотема. Но с головы Первого Белого дракона слезать, всё-таки не стал.
Услышав предупреждающие слова их друга, Юпериус, Гапериан и Краниос, наконец, оторвав свои восхищённые взгляды от ценной находки, удивлённо уставились на младшего волшебника.
— Что значит, энергия тотема убьёт того, кто дотронется до тотема? — Гапериан задал вопрос за всех. — Что ты такое говоришь!? Мы ведь ради этого тотема и его силы, прорывались с боем в эту усыпальницу! Марус подвергся смертельной опасности, ради этого тотема! И теперь ты говоришь, что никто не может дотронуться до этого тотема!
Ютиас понял, что его предупреждение было истолковано неправильно. Нужно было быстро всё разъяснить, пока возмущаться не стал Краниос. Этот сначала наорётся, набросает обвинений и оскорблений, что потом долго от всего этого не отмоешься, а уж потом только даст кому-то вставить слово.
— Это не я так говорю, а на тотеме так написано. — Рука младшего волшебника указала на надписи, на поверхности тотемного столба. — Никто из нас в одиночку не сможет воспользоваться силой тотема. Ни я, ни кто-либо из вас не способен справиться с той силой, которая содержится в рунах на этом тотеме. У каждой Руны Тела должен быть свой носитель. Пять рун — пять носителей! Теперь вы понимаете, почему именно пятеро должны были открыть дверь в усыпальницу. И почему именно пятерым, а не двоим, троим или четверым, необходимо было войти в усыпальницу.
— Сила тотема рассчитана на пятерых носителей. — Осмотрев своих друзей — опытных и могучих воинов, наставник Боя виновато посмотрел на Ареса. До чего же была несправедлива судьба и обстоятельства, втянувшие этого мальчишку вместе с ними в такой переплёт. Достаточно ли у этого юного ученика сил, мастерства и знаний, чтобы справиться с ношей одной из Рун Тела?
Ареса тоже сейчас волновал этот вопрос. Когда несколько дней назад он впервые услышал от Зевиуса про усыпальницу «Первого Белого дракона», с детской наивностью и бесстрашием, вместе с друзьями они решили отыскать тотем и завладеть его силой. Тогда, всё для них казалось обычным, пустяковым делом. Подумаешь, нашли тотем, обрели его силу и стали сильней.