Глава 5.
Селим Бей помог Хизер взобраться в крытые носилки, сам сел в другой паланкин. Носильщики подхватили его и бодро побежали по улице. Ночь стояла теплая, и все вокруг было освещено тусклым лунным светом. Наконец они остановились перед большим домом. Рабы помогли девушке выйти из паланкина и отвели ее в небольшую, хорошо обставленную и ярко освещенную комнату. Хлопнув в ладоши, Селим Бей отдал явившейся на зов рабыне распоряжения на непонятном языке. Та удалилась. Затем он повернулся к Хизер.
– Я приказал ей принести тебе более подобающую одежду, но пока сними, пожалуйста, этот халат.
Хизер непонимающе уставилась на него.
– Халат, дитя мое, – повторил он мягко. – Освещение у Абдулы было плохоньким, и я не смог хорошенько рассмотреть тебя.
– Тогда почему вы меня купили?- обидно произнесла Хизер.
– Твои волосы и лицо стоят тех денег, что я отдал. А теперь халат, – сказал он и протянул к ней руку.
Хизер сама удивляясь своей покорности, раскрыла халат, и тот, скользнув по плечам, упал к ее ногам. Она молча предстала перед евнухом нагая, и тот принялся ее внимательно рассматривать. Девушка была еще слишком молода и неопытна, чтобы осознать всю силу своей красоты. В последний год ее тело стало наливаться женской зрелостью и действительно походило на бутон, готовый вот-вот раскрыться в прелестный цветок. Она казалась высокой, хотя на самом деле была среднего роста. У нее были стройные длинные ноги, округлые бедра, высокая крепкая грудь. Безупречная гладкая кожа отливала здоровым блеском. Селим Бей с удовлетворением отметил про себя какую-то особенную ясность ее зеленых глаз, указывавшую, по его мнению, на то, что девушке немного пришлось пролить слез в этой жизни, а значит, она обладает волей и сильным характером.
– Повернись, пожалуйста, – попросил он.
Хизер изящно повернулась. С уст евнуха сорвался легкий возглас восхищения. Нет, он нисколько не жалел о потраченных деньгах.
Через некоторое время в комнату вернулась рабыня. Она помогла Хизер облачиться в желтого цвета турецкие шаровары, лиф и шелковый кафтан. Потом рабыня вновь удалилась.
– А теперь, дитя мое, – сказал Селим Бей, – мне кажется, самое время познакомиться со своими спутницами.
Взяв Хизер за руку, он отвел ее в просторную комнату с террасой, выходившей на море. Едва переступив порог, Хизер увидела трех молодых девушек примерно ее лет. Одна была миниатюрная, чуть пухленькая блондинка, другая – высокая темноволосая, на овальном лице которой выделялись раскосые и черные как уголь глаза. Взяв за руку блондинку, старший евнух турецкого султана сказал Хизер:
– Это Мавия, от того, что ее глаза голубые. Красота в этом омуте. Она с славянка.
Мавия приветливо улыбнулась.
– Мы рады, что ты присоединишься к нам. - Она говорила по-французски бегло, но с заметным акцентом.
– А это, – продолжал Селим Бей, беря за руку Другую красавицу, – Хавра. Черноглазая, гордая принцесса.
– Я никогда прежде не видела таких женщин, – удивленно рассматривала Хизер, новую знакомую.
– Ничего удивительного. Я из Китая, – ответила темноволосая девушка с раскосыми глазами. Она тоже говорила на французском, но понять ее было сложнее, чем Мавию. – А ты кто? – продолжила Хавра.