Покинув город, я сменим место командира на место мехвода, получаю разносторонний опыт, напомню, и мы так и гнали обратно по той же дороге распугивая и обстреливая редкие разъезды. А японцы уже далеко ушли от Чемульпо, передовые войска только вечером догнал. Похоже их как раз предупредить не успели и два полка, сначала выбил артиллерию, я гонял по степям до самой темноты. Когда машина остановилась, и я покинул душный боевой отсек, то форма моя была хоть выжимай, сил не было вообще. Руки сил поднять не было, устали за рычагами. С трудом выбрался самостоятельно. Это големы мои бодрячком. Железные люди эти танкисты, уважаю. С другой стороны, я вечера весь день поработал так, что вырубило на всю ночь, ушатало, и сегодня изрядно покатался, атакуя разные японские подразделения. Так ещё силы мои големы тратили, поэтому подобный упадок сил меня не сильно удивлял. От меня несло потом, порохом. Придётся постараться, отстирывая комбинезон. Хорошо под ним только нижнее бельё, форму не одевал, иначе совсем бы упарился. Медлить я не стал, големы заправили машины, провели обслуживание, я убрал их в Хранилище и один из големов доставил меня на «Шторьхе» к побережью. Минут двадцать летели, после чего искали место для посадки. Потом на шлюпке отходили подальше от берега, где я достал эсминец. Чуть шлюпку не захлестнуло, но это дело привычное, так что поднявшись на палубу, трап забортный заранее спущен был, шлюпку я уже убрал, направился в капитанский душ, достав остальных големов, а те повели корабль в сторону Чемульпо, задача кошмарить маршруты и расстреливать японские суда, пользуясь темнотой, которая нам не мешала. Оказалось, големы могли подключатся к моему Взору и спокойно работать. Недавно выяснил их такую особенность. Так вот, один на мостике за штурвалом, другой в машинном, третий в котельной, четвёртый в радиорубке, последнего я на палубе оставил, в резерве. В башне главного калибра караулил.
Поспать эту ночь мне удалось крайне мало, так как я приказал рулевому голему в случае появления какого судна или боевого корабля идти к нему полным ходом и будить меня, то те так и делали. А вообще ночью рыскать и искать суда противника дело неблагодарное, столько угля сожжём, поэтому основное у нас было на радиопеленгации, голем находил работающую станцию, наводился на неё, и эсминец бежал по волнам в ту сторону. Вот и тут радист сообщил, что в эфире вообще одна станция работает, редки они на судах, судя по направлению судовая, в открытом море. По прикидкам на экономичном ходу идти нам до координат этого судна чуть больше часа. Я отдал приказ идти к нему и направился спать, вытирая на ходу полотенцем мокрые волосы. Однако пока мы дошли до места назначения, меня поднимали дважды. Сначала три судна без ходовых огней встретили, два японских и американский рефрижератор, перевозил говяжьи мороженные туши. Не знал что такие суда уже существуют. А хорошо снабжают Императорскую армию. Груз меня заинтересовал, как и тот что в других судах был, уже японских, консервы, рис в мешках, рыба, овощи. Сушёные фрукты. В общем, эти три судна перевозили продовольствие. А его я старался брать трофеями в первую очередь. Радист побежал в башню, я занял место рулевого, так что три голема занялись пушками. Ну и сделали несколько прицельных выстрелов. Когда болванки бронебойных снарядов прошивают борта и машины судов, то те паря оставляются. Сначала мы подошли борт к борту с американцем, где на нас ругался капитан. Его сразу пристрелили. Зачистка прошла молниеносно, живых не осталось, работали големы немецкими «МП», в тесных переходах эти пистолет-пулемёты очень неплохи. На борту эсминца я один остался, благо вовремя штурма големы ещё и пришвартовали корабль к этому крупному судну, больше раза в три моего «Летучего».
Четыре голема вернулись на борт эсминца, на свои посты, а я с пятым, обошёл морозильники и все туши отправил в Хранилище. Ещё и кладовку у камбуза подчистил. После этого мы отошли от борта и пошли к одному из японцев. К слову, команды покинули оба, и шустро работали вёслами, чтобы убраться подальше. Мне они не интересны были, так что посетил и эти два, опустошив трюмы. Ну и после того как големы расстреляли фугасами борта судов в районе ватерлинии, оставив тех медленно тонуть, направились дальше. Я только лёг, как меня снова подняли. В этот раз одиночный трамп. Старая посудина в тысячу тонн водоизмещения коптила под японским флагом. Пришлось идти на перехват. А так как весь трюм забит бочками с рыбой, была и живая, и солёная, и сушёная в мешках, то снова абордаж. Груз в Хранилище, судно на дно. А того, кто в эфир выходил мы так и не нашли, покрутились по тем координатам, в эфире тишина, ну и пошли дальше в сторону Японии. Поспать мне так и не дали, снова два судна обнаружили, так что поработав Исцелением, я убрал сонную одурь и усталость и уже живчиком так и стоял на мостике, попивая изредка какао с молоком, и командовал охотой в этих водах. Японцы думали ночью им безопасней тут передвигаться. Ага, как же.
До рассвета я перехватил ещё семнадцать судов, не знал что тут такой мощный поток. Похоже перевозку обеспечивали несколько сотен судов. Точно не скажу, но за одну эту ночь я думаю нанёс довольно большие потери грузовому флоту Японии. Было пять войсковых транспортов с войсками, четыре с артиллерией, шесть с боеприпасами, включая артиллерийские снаряды. Один с инженерным имуществом, три перевозили лошадей и всего один повозки и лошадей для обоза. Все суда пошли на дно. Кто спасся, успев спустить шлюпку, не моё дело, я лишал Японию тоннажа грузового флота, моряки и их пассажиры меня не особо интересовали, но шансов спастись у них мизер, тем более под утро началось ненастье. Не шторм, но всё равно высокие волны и сильный ветер что мотал мой эсминец только так. Барометр стал быстро падать, похоже шторм приближался. Может краем заденет. При этом охоту я не прекратил, мы успели превратить ещё четыре судна, их сопровождала канонерка, и пустил всех на дно. Груз одного судна жаль было, продовольствие перевозило. И ещё, на одном из судов госпиталь с персоналом и оснащением было, я не стал его трогать и то ушло в пелене дождя, а вот с канонеркой настоящий бой вышел. Жаль не удалось один на один бой провести, дождь скрыл нас друг от друга, поэтому игра шла в одни ворота, тот стрелял на вспышки моих выстрелов, а я бил точно по кораблю, дождь мне не мешал. Големы снесли мостик, потом пробили борт, было тяжело, там оказался броневой пояс, и канонерка начала тонуть. Её уже не спасти, так что я ушёл в открытое море, где эсминец стал дрейфовать, а я отправился спать. Моя дичь спряталась у берега и в портах, охота из-за шторма сошла на нет раньше, чем я планировал. Ну хоть отдохну.
Шторм прекратился быстро, уже в семь вечера ярко светило солнышко, только высокие волны напоминали о ненастье. Голем-радист сообщил о множестве работающих радиостанций. Тот уже вскрыл шифры, оказалось японские гражданские моряки пожаловались, сообщив о неизвестном бронепалубном лёгком крейсере третьего ранга, именно так мой эсминец окрестили, и сюда начали сводить боевые корабли. Радист установил пока точно о двух бронепалубниках, одном броненосном крейсере, трёх больших миноносцах и двух вспомогательных крейсерах. Последние оснащены радиостанциями и нужны для загонной охоты. Поиграем? Пожалуй. Я направился к ближайшему такому вспомогательному крейсеру. Нужно дать ему поорать эфир что его обстреливают, пусть к тем координатам стягиваются остальные.
Нашёл я этот крейсер, когда уже окончательно стемнело. Вот наглый, под всеми огнями шёл. Поэтому для команды этого вооружённого судна, всего шесть пушек, и то две довольно серьёзного калибра, остальные так, пукалки, стало полной неожиданностью, что вдруг из темноты по ним раздался залп из четырёх стволов. Из двух башен, вооружённых спаренными орудиями в ста двадцать миллиметров мои големы выпустили четыре фугасных снаряда по носу этого недо-крейсера. Специально по носовой части стрелял, чтобы радист успел тревогу передать. Тот и успел, включая координаты наши, дальше залп снёс мостик. Надстройки на корме и радиорубку. Судно ярко заполыхало, а я отошёл в сторону, скрывшись во тьме, ожидая в засаде тех кто устроил на меня охоту. Ночь длинная, и она покажет кто тут дичь, а кто охотник. Хм, а надводный флот тоже имеет свои прелести, не ожидал. Думал подводники по сравнению с надводниками имеют преимущество. А тут так интересно. И надо сказать эту ночь я провёл очень восхитительно. По моим меркам это можно так назвать. Правда, по основной работе было мизер, всего два грузовых судна за ночь повстречал. Пустил оба на дно, в трюмах одного были патроны к винтовкам, а у другого сапёрное имущество, и небольшие запасы солдатской формы. Обуви не было. Однако за эту ночь я нашёл всех охотников на меня и пустил на дно, включая броненосный крейсер. Это был «Якумо». Не знаю, что он тут делал, видимо под руку попался вот и направили искать русского рейдера, как меня называли. Причём если остальных я честно потопил пушками «Летучего», то «Якумо» это что слону дробина. А атаковать на максимальной скорости для пуска торпед я не рискнул, эсминец у меня один, опасался потерять. Пришлось обменять эсминец на подлодку, взял американца, и двумя торпедами пустил того на дно. А команда настороже была, светила во все стороны прожекторами, о том, что те сами стали дичью японцы уже поняли, «Якумо» последним оказался, драпал на максимальном ход в сторону Японии, остальных я уже пустил на дно. И вот так покончил с ним, обогнал и вышел по хожу движения, пустив три торпеды. Одна не сработала, какое-то повреждение, хотя в борт ею попал, но двух других вполне хватило. Потом снова на эсминец перешёл и рванул к берегам Кореи. В том время уже начало светать.