Узнал, что големы действительно умеют всё что и я, и на мотоциклах ездить, и пилотировать самолёты, танки водить, машины, корабли и суда. Да всё. Поставил задачу, можно не отслеживать, всё выполнят, зачатки разума у них всё же есть, хотя всё же разум их и напоминает программы. Сложно объяснить, просто поверьте на слово. Спать им не нужно, отличные работники. Правда, чем больше их, тем больше сил я трачу. Да, на своё существование те силы у меня берут. Это заметно, и с одним поначалу было тяжело, быстро слабел, но когда наработал опыта и сил, уже без проблем мог им сутками управлять. Смог активировать второго, снова слабость частая из-за использования големов. Сейчас всё отлично, но как начну тремя сразу пользоваться, снова чую также будет. Итак до пятого голема. Ничего, переживём. Откинув ветку ивы, что у меня за стек была, я снял шлемофон, убирая его в Хранилище, комбинезон, перевитый ремнями, пока оставил, и развернувшись, недовольно бурча, я направился к полю. Там отличное место для посадки. Сегодня перед рассветом добравшись до этих краёв, совершил там посадку. Ждать думаю не стоит, война может начаться, завтра, послезавтра, в следующем году. Поди дождись. А я уже настроился на бои, эти полтора месяца меня конечно расслабили, но вот уже хотелось изменить обстановку, встряхнутся. Тут я похоже в пролёте, значит двигаем в Атлантику. С немцами пока воевать не буду, а вот под видом германской подлодки работать против британцев, «девятка» имеется, это будет шик и блеск. Начать можно со Средиземноморского флота британцев. По мемуарам одного русского моряка немцы там загнали германскую Средиземноморскую эскадру в Константинополь. Пока караулят её. Обстрела русской Либавы двумя германскими крейсерами похоже тоже не будет.
Поднявшись в воздух, мой «Мессер», который я так часто использовал, потянул в сторону Крыма. Там сменю машину на гидросамолёт. А пока прикидывал расклады. Да, и заодно крутил настройку радиостанции, ловил разные каналы, переговоры, бедный эфир, но о войне с Россией ни слова. Похоже действительно не будет. Так вот, я хоть в Ялте готовился и отдыхал, но всё же качать умения не прекращал. Хранилище ещё на пятьсот кубов накачал, больше не получилось, времени мало тратил на это, только во время купания, но свободное место теперь есть. Исцеление поднял до шестидесяти пяти процентов. Взор накачал больше всего, шестнадцать тысяч семьсот двадцать два метра на данный момент. Пока новых опций у этого умения не открылось. Жаль. Да, это всё что было со мной в этом мире в новом теле. Планы я составить тоже успел. Будет война под видом германского флота, с британцами, и небольшой конфликт с японцами, что захватят Циндао, гарнизон там сдастся. Не то чтобы я что-то лично имел против японцев, но они ещё за Русско-Японскую ответить должны, вот и решил воспользоваться моментом. Почем и нет? Ну и под шумок потопить как можно больше судов и боевых кораблей под звёздно-полосатым флагом. Пусть в войне те официально ещё не участвуют, это моя личная ответка за то что британцам сдали координаты моей субмарины. Связь-то я с их штабом держал, слить только они могли. Так что пусть тут их земляки отвечают. Да и вообще не люблю я их. Это по-моему у каждого русского на подсознательном уровне. Те столько строили из себя наших врагов под видом союзников, что неприятие сформировалось на подсознательном уровне, а Холодная война впоследствии всё закрепила. Девяностые так приклеили намертво.
С дозаправкой я добрался до Крыма, там сменил самолёт и полетел дальше. Новости узнал, сел неподалёку от Керчи. Всё тихо, но один интересный намёк всё же был. В газетах пошли статьи что хвалили немцев и ругали Антанту. А это уже звоночек.
Очнувшись и вынырнув на поверхность, я заорал от ярости и злобы, отплёвывая воду. Всё пошло прахом, всё что накоплено тяжким трудом сгинуло. Все умения снова на нуле, снова качать нужно. Как я переродился? А всё просто, я снова умер. И причина банальна, поломка двигателя вовремя полёта, начавшаяся непогода и несчастный случай. Вот кто подобное мог предвидеть? Вылетев из Крыма на германском гидросамолете «Ар-95» я неожиданно, на средине пути попал в шторм, что двигался навстречу. Сглупил, не повернул обратно, а полетел навстречу. Решив подняться над облаками. Однако эти гидросамолёты имеют небольшой потолок. Не смог, тут ещё движок начал греться. Пока не стуканул. К тому моменту я уже надел ременную систему парашюта, застегнув, а то летел без него, и убрав самолёт в Хранилище, начал падать, удерживая равновесие, что при рывках ветра не так и просто. Когда до поверхности моря осталось метров триста, дёрнул за шнурок. Тут не было кольца, купол открылся штатно, но налетевший шквал закрутил меня. Да так что я в куполе запутался, вот и рухнул на воду. От удара по факту разбился, потеряв сознание. Да и захлебнулся. Ничего сделать не успел. Вот такие дела. И всё, всё нажитое непосильным трудом, всё сгинуло. Я это первым делом проверил. А ведь такие планы были. И ничего не поделаешь, сам виноват. Ведь думал же повернуть и переждать ненастье в Крыму. Так нет, самомнение подвело. Вот и получи.
Ладно, потом поною и по стенаю, нужно понять, что вообще происходит. А то чую времени мало осталось, вода ледяная. Вокруг темень стояла, явно ночь, голова привычно болела, снова травма. Осматриваясь, я поднял левую руку, подрабатывая ногами, и залечил открытую рану на темечке. От неё похоже и умер прошлый владелец тела. Полностью не залечил, травма серьёзная с оскольчатым переломом черепа. Череп залечил и убрал кровотечение, остальное, когда Исцеление снова зарядится. А то много на диагностику ушло, остальное на то что смог исцелить. Одежда на мне стесняла движения, она и показывал, что это тело с прошлым хозяином в воду попало не само, явно что-то случилось. Рядом раздавались шумы, крики, стоны, женский плач и зов. Ну и плюс треск дерева, шипение, вроде пар с котлов спускали, бульканье воды. Похоже рядом тонуло судно, но темнота, из-за низко висевших облаков не давала рассмотреть, что происходит, только что-то тёмное, да тени. Рядом кто-то шлёпал по воде руками, Взор работал на десять метров, доставал, там ребёнок, девочка лет десяти, уже обессилев, пыталась удержатся на поверхности, успев нахлебаться воды, так что мощными движениями загребая ладонями воду, я поплыл к девочке, и ухватив за волосы, та нырнула, обессилев в конец, вытащил на поверхность, и удерживая за шею, давал откашляться, негромко говоря:
- Тише. Не паникуй. Всё будет хорошо.
Успокоить удалось с большим трудом. Удерживая ту за шею сгибом правой руки, левой я стал загребать в сторону какого-то предмета неподалёку, помогая себе ногами. Девочка только хрипло дышала, вцепившись в мой локоть обеими руками. Предмет перевёрнутой судовой шлюпкой оказался, в которую уже трое человек вцепилось, все мужчины.
- Нужно перевернуть, иначе долго не выдержим, замёрзнем, - сообщил я, подплывая.
Дальше командуя, никто не претендовал на это дело, мы вчетвером, девочку пришлось переместить за спину, та вцепилась в шею, чуть не удушив меня, но мы смогли перевернуть шлюпку. Подниматься на борт я пока запретил, девочку вот закинул и велел той вычерпывать ладошками воду. Лучше занять ребёнка, причём поторапливал, чтобы та быстро работала, а то мы тут замерзаем. Сам общался с другими мужчинами. Выяснял обстановку, сообщив им, что получил чем-то по голове, ничего не помню, даже имени своего. Девочка не замерла и не впала в ступор, а активно работала, вода летела за борт с довольно высокой скоростью. Чуть позже двое из мужиков поднялись, шлюпка уже держала, и начали помогать. Да и нас прибавилось, ещё пятеро подплыло, двое держась за обломки досок. То, что русские вокруг, понял я сразу, ещё при перемещении, по мату и крикам. И то что время не сильно изменилось, тоже ясно было. Платье у девочки было старомодным, поверх него ещё пальто было наглухо застёгнутое. Как раз такие и видел в четырнадцатом году. Или похожие, я в этом не особо разбирался. По воде, холодная, значит осень или весна. Если это Чёрное море. Для зимы не такая и холодная. А общение с потерпевшими кораблекрушение только подтвердило мои версии. Грузопассажирское судно купца Трифонова «Анастасия», шло из Милана в Одессу. Через сутки после черноморских каналов на полном ходу столкнулось с каким-то судном, и мигом пошло ко дну. Судно оказалось турецкой парусной шхуной. Один из спасшихся подплыл к нашей шлюпке, по-русски худо-бедно говорил, разобрались. Кто я, без понятия, память ещё не проявилась, когда все поднялись в шлюпку, одиннадцать человек набралось, никто меня не опознал, включая турка. Да и темно было. Но одет был в пижаму, и в тёплые шерстяные носки. Не моряк из команды точно, значит из пассажиров. Похоже не бедный, если по наличии пижамы судить. И да, год всё же не тот. Осень, начало ноября тысяча девятьсот третьего года. В Русско-Японскую меня закинуло.