Сами мы были не на Чёрном море, а на Красном, между прочим, моё любимое. Мы и по Каиру погуляли, сёстрам было любопытно, и я устроил экскурсию, а так жили в бухте у дикого пляжа, на борту яхты, и отдыхали. И как-то время раз, и закончилось. Только начался отдых и уже пора домой. Я разочарован был не меньше сестёр. Пообещал им такой же отдых в следующем году, и постараюсь выполнить. Столько фотографий сделали, замучился печатать. Два альбома вышло. Ну и главная новость. Ксюша понесла. Скрестил пальцы на девочку. Что по отдыху, то в одном месте мы не останавливались и курсировали по всему побережью. Флаг у яхты был аргентинский. Големы нас охраняли, и пусть неподалёку велись боевые действия, нас они так и не коснулись. Ну раза четыре видели военную авиацию, британский разведчик и три раза истребители. Тоже британские. С боевыми кораблями я сам не встречался, к берегу они особо не подходили. Вот так и отдыхали, я качал свои умения, четвёртый голем позавчера появился, перед отлётом, смог им управлять. Для девчат я устроил реальный отдых, так им и сказал, что это праздник для них. Я готовил им на камбузе блюда разных стран, они пробовали, давая отзывы. Так что те отдыхали, купались, лежали на надувных матрасах, покачиваясь на волне, слушали музыку из динамиков яхты. Песни семидесятых и восьмидесятых, наши и заграничные. Учились пользоваться музыкальными проигрывателями конца восьмидесятых. Ксюша со мной пару раз на водном мотоцикле покаталась, одна боялась, и сказала, что быстро и опасно. Прижималась та приятно, но больше не каталась.
Фильмов в зале яхты пересмотрели множество, и наших, и иностранных. Думаете всё? Как же, ещё много что в запасе осталось. Время не резиновое. Да и тратили на кинопросмотр один фильм до обеда, второй во время сиесты после обеда, а как жара спадала, уже и те отдыхали до вечера, загорая и купаясь. С наступлением темноты третий фильм. Так что за день три фильма выходило, и это ещё нормально. Причём Ксюшу научил играть на телевизионной приставке «Денди». Той бродилка «Супер Марио» нравилась, с грибным королевством. Ольга тоже подсела на игру, в основном тетрис. В общим, отдыхали девчата просто и легко, ни о чём не думая и получая все удовольствия что им были доступны. Я им каждый день свежевыжатые соки подавал из разных фруктов или мульти. Да, пополнил запас фруктов на восточных рынках Африки, мы тогда как раз в Каире и были. Там же и рыбу купил участковому. Да и не только ему, себе тоже, вкусная, жирная, малосолёная рыбка пришлась по вкусу всем, девчатам тоже. С хозяйством всё в порядке, животные накормлены, где-то мяукал приблудный маленький котёнок. Ксюша искала по шуму, решили оставить, кошки своей не было, теперь будет. Собрались девчата быстро, заперли дом, с Ольгой одна сумка была. Ксюша если что нужно принесёт, дальше я довёз их до больницы, там и познакомившись с главврачом больницы. Ксюшу ставили на учёт в женское отделение, узнав от кого ребёнок, секрета мы не делали, Елена Борисовна только огорчённо покачала головой, но нотаций читать не стал, за что я её сразу зауважал. Ольгу уже разместили в палате, оформили, похоже срок подошёл, со дня на день родит, и та вышла нас проводить. Заодно сообщить Ксюше что ей нужно, как всегда забыли что-то по мелочи.
Вот с Ольгой мы и поговорили с Еленой Борисовной по поводу машины, в кузове которой зубной кабинет. Передвижной. Ту это заинтересовало, то что машина трофейная, её не смутило. Я решил перегнать грузовик во двор нашего дома, та сама решит, как оформить машину. Грузовик я отдавал в дар больнице, если Ольга благополучно родит и с ребёнком будет в порядке. После этого можно будет забрать технику. Заранее я не хотел, боялся сглазить. Понятно, что армейцы принудительно отберут машину в себе, но надеюсь не сразу. Дальше мы со снабженцем больницы, он же ещё и замещал должность завхоза, всё оформили, подписались я как даритель, и главврач как получатель. Машина уже официально числится за больницей, внешнее описание я дал, как и номер узлов и самой машины. Более того, Ксюше выдали бумагу, что машина во дворе нашего дома стоит с разрешения главврача. Это отмазка для представителей власти, хотя участкового я всё равно предупрежу. А после родов заберут, тогда и изучат что внутри. До этого ни-ни. Вечером, когда машина уже будет во дворе, завхоз приедет и опечатает её. Мы же попрощались, я долго обнимал Ольгу, после этого мы покатили домой. Участкового похоже ещё не было. Я решил рискнуть, и вызвал грузовик прямо во дворе, хотя верх был выше кромки ворот, тот встал кормой к выезду. Проверив машину, Ксюша тоже с любопытством всё осматривала, посидела за рулём, покрутила им. Я запустил мотор, схватился сразу, урча и давая дизельный выхлоп, внизу под фургоном был ящик с бензо-генератором, это чтобы кабинет в кунге мог работать и имел питание не от двигателя машины. Запрев все двери, отдав ключи Ксюше, и мы дважды попрощались, на столе кухни, и в кровати. После этого проверив всё ли забрал, оставил морскую рыбку, в бочке погреба солёную, и в мешке в кладовке сушёную, сел в машину, и заехав к участковому, через жену его, та в огороде возилась, передал просьбу присмотреть за моими девчатами. Ну и сообщил что во дворе стоит больничная машина, с разрешения хозяев. Пусть тоже присмотрит. После этого погнал в сторону части. Благополучно добрался, даже ни разу не остановили. Я по правилам ехал.
А там хоп, дивизии уже два дня как нет. Погрузили в эшелон и отправили к Смоленску где всё ещё шли ожесточённые бои. Я на проходной стоял, лямки вещмешка на правом плече, показал увольнительную бойцу что на входе стоял, тот и сообщил мне эту новость.
- Чёрт!
Развернувшись я рванул в сторону дальней посадки, машину-то убрал ранее, светить ею не хотел, так что на своих двоих. Пять километров не запыхавшись отмотал, там за посадкой достал «У-2», на «Шторьхе» по советским тылам летать опасно, надел вместо пилотки шлемофон, и со второго раза запустив движок, дёргая за винт, сел в кабину и вскоре, подавшись в небо, на высоте двухсот метров потянул в сторону Смоленска, забирать в казармах мне ничего не нужно, всё своё ношу при себе. Точнее в Хранилище, так что и оружие, и всё снаряжение, так итак при мне. Летал я вдоль железки, часто видя эшелоны, что туда или обратно проскакивали. Летел на скорости ста двадцати километров в час. Знаете, я бы пролетел мимо, но засёк крупную массу войск, и там ауры знакомых бойцов из нашей дивизии, сделав круг над дивизией, похоже она тут в двадцати километрах от Смоленска сосредотачивалась, и чтобы не демаскировать её, отлетел в сторону и сел на опушке с другой стороны. Самолёт убрал, всё снаряжение на себя, подсумки, гранатную, скатку, каску на голову, вещмешок за спину, винтовка на боку висит, всё на месте, я проверил, даже сухарная сумка, хотя их не используют с сорокового года, ну и побежал на прямую через лес к дивизии, тут километра четыре. Так и добрался до штаба, совершено спокойно прошёл охрану, те меня за своего приняли, и прошёл в штабную палатку, где вытянувшись, бросив руку к виску, доложил комдиву, что удивлённо обернулся ко мне от стола с картами:
- Товарищ полковник, красноармеец Туманов вернулся из увольнительной.
В штабе дивизии мне выдали увольнительную, сюда и вернулся. До окончания срока оставалось двадцать минут. Успел.
- Ну вернулся и вернулся, - буркнул тот, возвращаясь к картам. - Оформите его.
- Товарищ полковник, благодаря вам я семью успел на отдых на море свозить, вот привёз вам рыбки черноморской. Вяленой, - поднёс я и передал одному из командиров полный сидор с рыбой, взяли ни говоря ни слова. Кажется, этот лейтенант адъютант комдива.
А лучше подарок сделать, по загару моему понятно, что я не в этих краях проводил время, а зависть такая штука, что может подтолкнуть на многое, вроде комдива Лебедева, а так хоть снял острый момент с этим. Штабной командир в звании старлея подошёл, забрал красноармейскую книжицу с увольнительной, и завизировав её, отправил меня в своё подразделение. Выяснилось, что я прохожу службу в том же подразделении, возросшегося до батареи. В нашем полку теперь зенитно-пулемётная батарея счетверённых пулемётов, там я и числюсь. Пока непонятно кем. Наш Двести Двадцать Третий полк был тут же, чуть дальше размещался, заняв почти километр опушки. Кстати, мы едва ушли, как командиры, вскрыв вещмешок стали пробовать рыбку, полковник разрешил. Понравилась. Приметив стоячие на треногах зенитные пулемёты, те без средств доставки, пехотный вариант выдали, ну и засвидетельствовав своё прибытие в штабе полка, всех впервые вижу, также выдав сидор с сушёной морской рыбкой, и так был сопровождён одним из командиров в своё подразделение, где был познакомлен с командиром, и личным составом. Я единственный в этом подразделении старик, ветеран, и мы впервые познакомились. Лейтенант, что меня сопровождал, велел комбатру, тоже лейтенанту, молодому, похоже только из училища, построить личный состав, а когда тот это сделал, то и представил меня. Дав краткую биографию. Хм, похоже я один орденоносец. У одного бойца медаль «За Отвагу», и это всё. После этого лейтенант ушёл, и началось уже нормальное знакомство, когда командир батареи распустил строй.