— Да, адмирал! — ответил идальго, и его команды подхватили боцманы, передавая их дальше трелями своих дудок. Однако сигнал англичанам передавать не пришлось. Понимая, что корабль обречён, офицеры спешно перебирались в спасательный баркас, предоставив экипажу биться за остававшиеся две спасательные шлюпки.
Анри приказал закрыть порты и отправился в свою каюту ожидать сдавшихся англичан, приказав вначале привести к нему капитана «Льва».
Он, как обычно, стоял у окна, наблюдая, как уставшее за день солнце клонилось к потемневшему морю, когда Рафаэль впустил в адмиральскую каюту лорда Блаунта в сопровождении лейтенанта Ботельи.
Время, проведённое в клетке для пленных на орлопдеке, оказало на англичанина удручающее действие. Скорбное выражение лица и опущенные плечи не оставили ничего от той горделивой осанки, с которой он впервые предстал пред очами победителя.
Подойдя к столу, Анри взял всё ещё лежавшую на нём капитанскую шпагу и приблизился к пленнику:
— Полагаю, вы и ваши люди усердно молились за мою победу, виконт.
Капитан «Льва» ответил не сразу. Взглянув в лицо испанца, он громко сглотнул и сиплым от волнения голосом спросил:
— Что с «Ньюбери»?
— Похоже, «Ньюбери» отправляется на «вечный рейд», а его офицеры спешат на «Победоносец».
— И вы приказали привести меня сюда, чтобы я мог их поприветствовать? — горько усмехнулся лорд Блаунт.
— Нет, виконт. Я позвал вас, чтобы вернуть вам вашу шпагу. Вы были достойным противником и надеюсь, вы также и человек чести. Потому я намерен вернуть вас на фрегат, где вы будете ожидать мой корабль, который завтра утром отбуксирует «Льва» в доки.
Англичанин кивнул и церемониально принял из рук испанца своё оружие. От глаз Анри не ускользнуло, как вновь выпрямилась спина лорда.
— Почему вы намерены держать нас на корабле до утра, сэр Верн? На борту много раненых, а корабль повреждён. Если ночью начнёт штормить — не исключено, что «Лев» достанется не вам, а морю.
— Для содержания такого количества пленных мне надобно подготовиться. Полагаю, ночь в собственной каюте на «Льве» будет для вас гораздо приятнее, чем в клетке на «Победоносце». Однако, если желаете, можете провести её в городской тюрьме, набитой пленными приватирами. И так, что вы выберете, лорд Блаунт? — Анри увидел, как от его слов лицо виконта вновь погрустнело.
— Благодарю вас, сэр Верн, за возможность выбора. Я предпочту провести эту ночь в своей каюте. Надеюсь, она не будет последней в моей жизни.
— Не волнуйтесь, виконт! Сезон штормов только начинается, кроме того, если Господь прислушался к вашей молитве за мою победу, он наверняка услышит вас и этой ночью, — ответил торговец и дал понять, что разговор окончен.
Когда Рафаэль, постучав, вновь распахнул дверь адмиральской каюты, впуская туда дона Себастьяна, ведущего двух английских офицеров, Анри, как обычно, дожидался, стоя у окна.
Повернувшись к процессии, он принял от капитан-лейтенанта две капитанские шпаги и стал внимательно рассматривать пленных, пытаясь угадать, кто их них Мингс. Однако ни один из стоявших сейчас возле письменного стола мужчин не напоминал того человека, которого Анри видел на шканцах «Ньюбери». На вид англичане были примерно одного возраста — около сорока. Тот, что выглядел чуть старше, был среднего роста, крепко сбит и упитан. Его маленькие серые глазки быстро перебегали с поношенного колета Анри на богатый камзол дона Себастьяна, а его холёное лицо изображало недоумение. «Явно дворянин», — решил Анри, разглядывая совершенно такой же дорогой коут, какой был и на лорде Блаунте, а также украшенную перстнями руку англичанина. Другой же, чуть более высокий, сухощавый, одетый в подобный красный коут, но не так изыскано украшенный, с цепким взглядом карих глаз на умном лице, пристально рассматривал человека, победившего три английских корабля.
— Кто вы такие? — обратился к ним Анри на английском.
Тот, которого он определил как дворянина, не смог скрыть удивления, услышав от испанца родную речь. Другой же, напротив, воспринял это как должное. Первым заговорил упитанный крепыш:
— Я — сэр Томас Актон, эсквайр, капитан фрегата «Винсби», — приняв горделивую позу, представился тот.
— Неисповедимы пути Господни! — развёл руками Анри.
Это вызвало интерес у дона Себастьяна и потому пришлось ему перевести сказанное англичанином.
— Ну вот вы и свиделись, адмирал, как и предвидели, — сказал капитан-лейтенант. — Однако этот не похож на вице-адмирала, — кивнул Себастьян в сторону второго пленника.