— Однако, как я понял из вашего рассказа, этот колдун много значит для племени, а выкупить его они уже вряд ли смогут. Мне доложили о результатах допроса пленных приватиров, посему я думаю, что пиратский лагерь в дельте Сибун уже не существует, — губернатор задумчиво погладил гладко выбритый подбородок. — Вне всяких сомнений, индейский колдун будет казнён, особенно, если падре Игнасио прознает, что доставленный вами пленник — богохульник. Я хотел бы знать, как его смерть повлияет на дальнейшие действия краснокожих.
Теперь задумался Анри.
— Насколько я знаю, ваше превосходительство, в отдалённых больших поселениях у майя есть не только колдуны, но и целители. Ранее кто есть кто определял жрец, нынче же, за неимением оных, в большинстве селений остались лишь колдуны. Майя приписывают им способности общаться с миром духов, кои и помогают колдунам находить преемников. Целители же не имеют таких возможностей и потому лишены способа подыскивать себе талантливых учеников. Вот и получилось, что во многих деревнях не осталось целителей, а лишь одни колдуны. Взяв на себя обязанности жрецов в определении времени посева и места для новых полей, они вынуждены теперь заниматься и обязанностями целителей. Лишив племя колдуна, мы лишаем их будущего, если, конечно, этот злополучный колдун не успел найти и обучить преемника.
Взглянув на дона Себастьяна, словно пытаясь с его лица прочесть, какой эффект его слова имели на губернатора, Анри продолжил:
— Однако при заключении договора ни я, ни касик не могли знать, как быстро начнут разворачиваться события. Если они не смогут выкупить жизнь своего колдуна — это воля небес, моей вины в том нет.
— Что, если мы предложим им жизнь колдуна в обмен на патрулирование побережья? Они могли бы предупреждать нас о новых пиратских лагерях, особенно если к этому благородному делу подговорят и другие племена? — оживился губернатор.
— Полагаю, ваше превосходительство желает возложить на меня обязанность убедительно передать майя это предложение?
В голосе Анри промелькнул лёгкий сарказм, однако губернатор его заметил:
— А разве вы не добровольно изъявили желание попытать счастья на поле дипломатии? — улыбнулся он и тут же посерьёзнев, добавил: — Вы убедили меня, сеньор Анри, что живые майя нам полезнее мёртвых. Однако пока что всё, что я высказал — это лишь игра мысли. Но я готов к ней вернуться сразу же после того, как передам сеньоре Пауле её сына и увижу майяского колдуна в кандалах. А сейчас, до того, как вы начнёте описывать мне бой «Победоносца» с английскими кораблями, я хочу знать, когда и как вы намерены отправиться искать миссию на реке Белиз.
Анри вздохнул:
— Я надеялся найти её на карте вашего превосходительства.
— Я предоставлю вам свою карту для изучения, сеньор Анри, но, увы, ничего похожего на ней нет. До сего времени никто ещё не разведал эту реку дальше того места, где из неё истекает Ревущий Поток.
— Ну что же, тогда мне придётся пройти её на лодках, взяв с собой моего навигатора. Надеюсь, он заполнит часть белых пятен на карте вашего превосходительства. Я оставлю за собой завтрашний день на собственные дела и приложу все усилия, чтобы послезавтра утром всё было готово к отправке. В крайнем случае, если не вмешаются ещё какие-нибудь непредвиденные обстоятельства, мы отчалим в среду.
— Надеюсь, вы понимаете, что в сложившейся ситуации я не в силах как-либо помочь вам? — сеньор Альварес придал голосу лёгкий налёт вины.
— Да, ваше превосходительство, понимаю и потому буду всецело рассчитывать на собственные силы.
Губернатор удовлетворённо кивнул:
— Я искренне рад, что могу на вас положиться в таком богоугодном деле! Да, кстати, — сеньор Альварес сменил тон с довольного на озабоченный, — лейтенант Контрерас до сих пор не явился ко мне с докладом. Он жив? Вам что-либо известно о его судьбе, дон Себастьян?
Аристократ скользнул взглядом по Анри и посмотрел на губернатора:
— Только Господь может знать всё, граф, мне же известно лишь то, что сегодня утром, когда я видел идальго в последний раз, он был жив, но тяжело болен.
— Болен? Чем? — заметно забеспокоился губернатор.
Дон Себастьян взглядом вернул право ответа адмиралу.
— Наш корабельный доктор, сопровождавший экспедицию, предполагает, что это чёрная рвота, — вдруг с отяжелевшим сердцем ответил Анри, ожидая, что сейчас ему опять придётся объяснять способы передачи заболевания и то, откуда ему это известно.