Когда супружеская пара доела свой ужин, вечер уже коснулся красных черепичных крыш Старого города. С реки потянуло прохладой, пахнувшей рыбой и водорослями. Утиное семейство, покрякивая, покачивалось неподалёку от берега, ожидая от людей привычных подачек в виде хлебных крошек.
— Яро, пойдём, погуляем? — предложила Агата.
— Что, снова в Белизе что-то происходит? — обеспокоился Ярослав.
— Да там постоянно что-то происходит, — вздохнула женщина, поправляя выбившиеся из заколки волосы. — Просто мы давно в центре не были. Да и по берегу реки пройтись своими ногами хочу.
— А что, ты и не своими ходила? — усмехнулся Ярослав.
— Ещё нет, но скоро буду. Анри собирается идти на баркасах вверх по реке Белиз искать какую-то миссию францисканцев. Надеюсь, до того момента, как там начнутся приключения, я успею закончить приём и узнать, что за диковины нас там будут ожидать, — вздохнула Агата и грустно улыбнулась: — Я скоро экспертом по выживанию в джунглях стану с таким напарником, как мой испанец.
— Ну а спать ты сегодня планируешь или нет? — спросил Ярослав, предлагая жене руку.
— Планирую, — Агата взяла мужа под руку. — Потому и прогуляться хочу, чтобы сегодняшний стресс из головы выветрился, — и потянула его на пешеходную дорожку вдоль Влтавы: — Пойдём, погуляем возле Рудольфинума…
Глава 38
Весь обратный путь от торговой конторы до трактира «У Сандро» Анри и дон Себастьян прошли молча. Перед глазами Эль Альмиранте всё ещё медленно проплывали мёртвые лица товарищей. Только сейчас он в полной мере осознал, что не появись его небольшой отряд в тылу пиратов, уже готовых взорвать городские ворота — гибель и этих солдат, и тех, которых оплакивали сейчас родные, была бы напрасной. Это понимание тяжкой ношей легло на плечи молодого человека. Размышления родили мысль, что какая-то неимоверно могущественная сила играет им, как шахматной фигурой. От этой мысли неприятно защекотало где-то в животе. «Какой ход ты сделаешь следующим, Господи?» — задумался он, пытаясь представить себе все возможные варианты исхода предстоящей экспедиции.
Идущий рядом капитан-лейтенант в быстро сгущавшихся сумерках видел серьёзное, как перед решающей битвой, лицо друга и не решился заговорить с ним. Не без оснований предположив, что тот всё ещё мысленно проходит между гробами, аристократ благочестиво погрузился в молитвы до конца пути.
Когда друзья вошли в трактир, на город уже пала темень жаркого тропического вечера. Внутри было шумно, пахло пшеничным пивом, кислым вином, морепродуктами, всенепременным чесноком, горящим хлопковым маслом, сальными свечами и ядрёным мужским потом.