Пользуясь тем, что в пятницу приём начинался во второй половине дня, женщина решила предшествующую ночь посвятить более активным действиям. Дождавшись, когда муж уснул, Агата тихо вышла из спальни и не зажигая свечи, села на ковёр в сукхасану и полностью переключилась на Анри. Тот в это время сидел в церкви, благоговейно распевая псалмы. Агата не была атеисткой. Как и многие в тяжёлые жизненные моменты она искала бога, но встретившиеся на её пути попы вызвали отторжение к христианству и толкнули на поиски альтернативы. Начитавшись древних и современных философов и мистиков, Агата создала себе свою собственную картину Вселенной и её законов. И они отличались от тех, которые проповедовала церковь. Поэтому, когда Анри погрузился в свои мысли, задавая богу вопросы, на которые вряд ли получил бы ответ Небес, Агата на очередное «Почему?» ответила сама фразой, которая звучала в ней ещё со школьной скамьи: «Потому что религия — опиум для народа!». Нельзя сказать, что Анри испугался. Вначале он даже не понял, что чужой голос, заговоривший с ним, у него в голове, и стал оглядываться. Осознав, что никто из сидевших рядом не обращался к нему, он растерялся. А Агата, решив заявить о себе и установить контакт, продолжала свою антирелигиозную проповедь. И только тогда, когда почувствовала нарастающий в сознании Анри страх, осознала, какую сделала глупость. Человек из XVII века, особенно испанец, уверенный в незыблемости католичества и никогда не слышавший даже слова «телепатия», первым делом подумал, что это сам дьявол искушает его, проверяя силу веры. Лихорадочно соображая, как выпутаться из этой ситуации, Агата невольно втянулась в дискуссию, пытаясь выдать себя за «голос подсознания». Вышло не очень убедительно, потому она продолжила следить за Анри, стараясь сгладить последствия «контакта». Да и события начали стремительно развиваться. Ошарашенная не менее Анри вначале откровенным признанием в любви дочери губернатора, а затем присягой дона Себастьяна, Агата забыла про сон. Краешком сознания наблюдая за ужином в доме Фернандо и испытывая лёгкое опьянение от выпитого испанцем алкоголя, она наслаждалась вкусом ранее неведомых блюд и размышляла над мотивами, побудившими гранда принести, по сути, вассальскую присягу плебею. Мотивы Исабель тоже были не очень понятны — чтобы она там ни говорила, но Агате не очень верилось, что дочь графа хотела бы стать женой пусть даже богатого и красивого, но простолюдина. Но ещё менее она верила словам Себастьяна. «Зачем ему это нужно?» — задавалась она вопросом. В отличие от Анри, поверившего в искренность клятвы, Агата, как человек современный, верила в бескорыстие так же, как и в инопланетян — и то, и другое наверняка существует, но где-то очень далеко.
Когда зазвенел будильник Ярослава, поднимавший его на работу, Агата, слушая звуки пятиструнных испанских гитар и смакуя необычный пирог, в полной уверенности, что уже ничего интересного в Белизе не произойдёт, отправилась готовить завтрак. Но не успела она сварить кофе, как губернатор срочно вызвал к себе Анри. Пропустить такое и лечь спать хотя бы на пару часов перед работой? Вот ещё! — Агата, несколько рассеяно поддерживая разговор с дочерью о делах, внимательно слушала разговоры в губернаторском дворце.
Когда Анри заявил о своём намерении отправится в поход против индейцев, Агата поняла, что она не может позволить себе упустить возможность увидеть настоящих майя. К тому же в голове пульсировала мысль о том, что на этом походе может закончится её путешествие в прошлое. Так же, как и Фернандо, женщина была уверена, что индейцы, напавшие на какое-то поместье, вряд ли дадут Анри время высказать желание урегулировать ситуацию без насилия. Не долго думая, Агата поняла, что надо действовать. Первым делом надо было отменить пациентов, чтобы не только успеть хоть немного отдохнуть, но и поразмышлять над тем, чем она могла бы быть полезна Анри в этой экспедиции. Как бы ни было тяжело жить двойной жизнью — за себя и «за того парня», женщина уже успела привязаться к этому симпатичному и близкому ей по обострённому чувству справедливости, мужчине. Гибель Анри для неё теперь уже была бы не просто смерть героя приключенческого фильма, а потеря близкого человека. Выпроводив дочь в институт, а мужа на работу, Агата наставила будильник на полдень и отправилась спать.