— А как же она жила?
— Она немного не в себе. И по-прежнему живет с ним.
— А кто же приносит теперь еду?
— Не знаю. Я проработала у него пять лет, после чего он меня уволил.
— Почему?
— Появилась новая гувернантка, Мартина. Она хорошо готовила. Думаю, она и сейчас живет с ними и все организует.
— Но Венеция маленькая, вы что, никогда не встречали ее в городе?
— Да я никуда и не хожу. Достаточно моего квартала.
— Значит, вам он может открыть дверь?
— Как это? Ты что? Его же убили!
Саша прикусила язык, но было поздно.
— Карабинеры полагают, что это был не он.
— Как не он?
— А вы уверены, что это он?
— Но ведь… но как же это… но кому надо выдавать себя…
— Так уверены?
— Теперь уже и не знаю. Он же представился… я бы и не задумалась…
— Только не говорите никому, ладно? Даже Анджелине.
— А почему ты спросила, откроет ли он мне?
— Потому что карабинеры не смогли попасть в дом. Им не открыли. А вдруг вам откроют?
— Но зачем я туда пойду?
— Вы пойдете со мной. Мы должны убедиться, что он жив. И если кто-то выдал себя за него и был убит, прорицателю по-прежнему угрожает опасность.
— Нет, я не думаю… если его убила Анджелина… это произошло случайно. И, честно говоря, я не могу ее осуждать. Такой шок, увидеть виновника смерти сестры через столько лет.
— А если это не Анджелина?
***
Увидев дом прорицателя, Саша совсем не удивилась. Проходя мимо во время прошлых приездов в Венецию она всегда удивлялась, как сюда, неподалеку от Бьеннале, попал такой дом.
Трехэтажный, с мансардной настройкой на четвертом, зелеными ставнями и типично венецианскими готическими окнами первого этажа, во всем остальном он напоминал классический дом с привидениями где-то на «большой земле». Во-первых дом стоял отдельно от прочих. Во-вторых он скрывался за огромными старыми деревьями, а сад обнесен деревянным забором. Кто в Венеции с их ценами на недвижимость и землю, может себе такое позволить? Неплохо заработал прорицатель, видимо, хорошо получалось предсказывать будущее.
Как же он так прокололся с сестрой Анджелины? Или его финансы не имеют отношения к, так сказать, провидческой деятельности?
Джойя привычно просунула руку в калитку, отодвинула защелку, пробормотала: — Ничего не изменилось за десять лет.
Смысла в современных запорах и домофонах действительно не было, деревянный забор не сложно перелезть.
На двери не заметно ни камер, ни звонков, ни домофона. Саша восхитилась латунным дверным молотком, выходит, гости здесь стучат, словно в Средневековье, любопытно!
Стоило ей протянуть руку к молотку, как дверь распахнулась. В проеме появилась девушка в белом махровом халате, наброшенном поверх белой же блузки и широких, черных, очень современных брюк-палаццо. Волосы, собранные в пучок, придавали девушке вид секретарши. Но какая шикарная кожа, просто фарфоровая! Вот только на фоне бледного прозрачного лица кроваво-красные губы казались совершенно неуместными. Это она дома так красится?
Девушка мгновение смотрела на гостий, потом лениво процедила:
— Вы кто?
— Ты знаешь, кто я. — Джойя сказала это раздраженно, с неприязнью. — Скажи своему дяде, что мне нужно немедленно его увидеть.
Девушка продолжала смотреть на нее, явно не узнавая. Перевела взгляд на
Сашу: — А ты кто?
— Привет, — защебетала Саша, — Я Алессандра. Очень приятно познакомиться!
Джой ткнула ее острым локтем в бок, Саша ойкнула и сразу перешла к делу:
— Нам нужно срочно увидеть вашего дядю.
Девушка вздохнула, затем повернулась и пошла прочь. Халат волочился за ней по полу и только тут Саша поняла, что это совсем не халат, а роскошная норковая шуба. Дверь она оставила открытой и женщины быстренько юркнули внутрь.
Внутри стены казались такими же холодными и серыми, как снаружи. Саша провела рукой по стене и сразу ее одернула, надо же, внутри необработанный камень. Кем они себя тут возомнили, вампирами?
— Не трогай, — прошептала Джойя.
— Да это черт знает что такое, еще и холод зверский, холоднее, чем на улице. неудивительно, что девушка ходит дома в шубе.
Наконец коридор закончился и они вошли в огромную комнату, где ноги сразу утонули мягких коврах.
Пламя потрескивало в камине, но его было недостаточно, чтобы согреть зал с высоченными потолками, метров пятнадцати, не меньше. Все лампы и бра были включены, но даже они вместе с лучами зимнего солнца в высоких стрельчатых окнах не рассеивали темноту до конца.
Девушка исчезла, словно растворилась.