— Знал бы ты, зачем мы сюда явились, поостерёгся бы удачи желать, — буркнул Зихий.
Лейрус усмехнулся и все скорым шагом двинулись вверх. И в самом деле было темновато, но, пока дорога не превратилась в ступеньки, никаких затруднений с передвижением во мраке не возникало.
— Ладно, с гвардейцами внизу получилось, — поёживаясь от прохладцы, вымолвил сын Урсуса. — Но ведь с телохранителями Эбенора фокус с «поручением от Великого Мага» не пройдёт. Даже если мы вызовем к нам Торвуса Бесстрашного, в королевские покои он нас не пустит.
— А что нам делать в королевских покоях? — спокойно спросил Нерождённый.
— ?
— Я сказал, что библиотека находится в помещении, где живут придворные. Это здание телохранителями не охраняется. Не помнишь моих слов? Что, сладкая ночь затмила голову?
— Я же говорю — кобель… — сказал, громогласно хмыкнув, Зеникс.
— Да хватит вам… — Зихий, которому успели надоесть добродушные насмешки друзей, широко замахнулся и шарахнул по спине Зеникса. Рука Зихия, скользнув по стальным мышцам гиганта, запуталась в нитках торчащих из шикарного наряда. Стремясь высвободить руку, Зихий с усилием дёрнул: раздался треск и остатки одеяния Зеникса начали сползать на землю. Великан успел подхватить костюм до того, как оголил нижнюю часть торса.
— Ну, я тебе покажу… — взревел Зеникс.
— Извини, я не хотел… — смущённо оправдывался Зихий.
Зеникс неуклюже пытался прикрыться путающимися в его крупных руках тряпками. Лейрус, оценив его старания, произнёс:
— Что ж, дальше тебе в таком виде идти нельзя. Будешь ждать нас здесь.
— Как — ждать здесь? А если меня тут кто-нибудь встретит и начнёт выспрашивать — что я ту делаю? Что я скажу?
— Тем более в таком виде? — подхватил Зихий.
— У вас есть другие предложения? — спросил Лейрус. — Взять полуголого Зеникса во дворец? Мы не успеем и десяти шагов пройти, как нам преградят дорогу. Или отпустить Зеникса в гостиницу? Мало того, что у стражи возникнут подозрения — входили втроём, а выходит один, да ещё и почти без одежды, — Зеникс, ты уверен, что в ночном незнакомом городе найдёшь дорогу к «Бешеному кабану»?
Великан смущённо покачал головой.
— Ну вот и получается, что единственный выход — оставить тебя здесь. Отойди к краю дороги, может тебя и не приметят. Благо, фонари здесь сейчас почти не горят.
Оставив Зеникса, Лейрус и Зихий преодолели остаток дороги и, подойдя к верхним воротам, услышали из-за них приглушённую возню. Возле ворот находился только один стражник, не обративший на вошедших особого внимания — видимо, полагался на гвардейцев внизу, которые абы кого на Холм не пропустили бы. А на Холме творилось нечто интересное…
Не слишком громко, дабы не нарушить покой королевской четы, по всей площадке между дворцовыми зданиями суетилось немало народа. Кого здесь только не было — гвардейцы с факелами, то поодиночке, то группами торопливо проходящие то в одну сторону, то в другую; дворцовая прислуга, в какой-то беспокойной бестолковой спешке умудряющаяся топтаться сразу в двух местах — возле входа терема для придворных и немного поодаль, возле скопления придворных дам. Дамы были не слишком наряженные, чтобы не забыть, что на дворе ночь и дело происходит не на королевском приёме, и не слишком неухоженные, чтобы запамятовать, что они всё-таки придворные. Дамы все как одна были как-то весело взволнованны; только одной из них, слишком уж горестно покачивающей головой и возмущённо выговаривавшей что-то стоящему перед ней гвардейцу дородной женщине средних лет с выпученными глазами, было явно не до веселья.
Лейрус подошёл к заинтересованно глазевшему на всё это гвардейцу и спросил:
— Воин, что здесь происходит?
— Госпожу Блавилу ограбили, — с энтузиазмом ответил постовой. — Украли у неё золотое ожерелье с камнями. А учитывая то, что госпожа Блавила двоюродная тётка по материнской линии Её Величества королевы Мирелы, имеющая, как все знают, привычку по каждому пустяку бежать жаловаться королеве, поднялся переполох и все ищут вора или хотя бы само ожерелье.
— А-а-а, — протянул Лейрус. — Видно, всё это затянется.
— Да уж никак иначе, — согласился, позёвывая, гвардеец. — До утра точно вся эта свистопляска не закончится.
Лейрус и Зихий переглянулись: ясно было, что при таком скоплении шастающих по всему Холму людей проникнуть в библиотеку незамеченными нечего было и пытаться. Нужно было возвращаться в гостиницу.
— Подожди меня здесь, — тихо сказал Нерождённый и быстрым шагом направился в сторону конюшен, скрывшись в людской круговерти. Зихий не успел толком и заскучать, наблюдая за горестными вздохами госпожи Блавилу, с энтузиазмом поддерживаемыми скучившимися вокруг неё придворными «подругами», как Лейрус вернулся, таща свёрнутый кусок грубой ткани.
— Что это? — непонимающе взглянул на Лейруса Зихий.
— Нужно же Зениксу чем-то прикрыться.
— Это же накидка под седло, — рассмотрев свёрток, воскликнул Зихий.
— Что смог найти, то и взял.
Зеникс пытался стать незаметным, скромно пристроившись с краю дороги под не горевшим фонарём, но его исполинская фигура чётко прорисовывалась на фоне ночного неба. Друзей он встретил с удивлённым оживлением:
— Что, уже? Вы уже нашли манускрипт?
— Нет. Зато мы нашли тебе новый костюм, лучше прежнего, — обнадёжил друга Зихий.
— Лучше не лучше, а уж точно просторнее, — добавил Лейрус, разворачивая свёрток. В руках у Нерождённого оказался большой квадратный кусок ткани с неровно вырезанным посередине отверстием.
— Что это? — широко открыв глаза, спросил Зеникс.
— Надевай-надевай. Подумаешь, это накидка на лошадь. Ничего страшного, повоняешь пару дней конюшней, привыкнешь, может, даже понравится, — как мог «ободрял» великана Зихий.
— Я это не надену, — решительно заявил Зеникс.
— Наденешь. И не слушай Зихия, ничем ты вонять не будешь. Эту накидку только что выстирали. Живо надевай и возвращаемся в гостиницу.
Зеникс не посмел ослушаться Нерождённого и продел голову в вырезанное в куске ткани отверстие. Лейрус снял с плеча кусок верёвки и помог великану обвязать её вокруг пояса, чтобы его новый вместительный наряд не висел на нём, будто тряпка на столбе, и не мешал движениям многочисленными складками. Получилось весьма неплохо.
— Лучше, чем совсем без одежды, — похвалил Зихий.
Сардр вышел, чтобы открыть им дверь возле ворот, и поинтересовался:
— Ну как, выполнили своё поручение?
— Почти, — честно признался Лейрус и друзья направились через площадь, на ходу вспоминая дорогу, которой они утром пришли сюда вместе с Ширелом из «Бешеного кабана». Споров по поводу направления движения не возникло — Зеникс вообще не помнил, откуда они вышли на площадь, а Зихий согласился, что идти нужно именно по той улице, которую с первого раза указал Лейрус.
— Ну, так что случилось? Почему вы не нашли свиток? — хмуро спросил Зеникс.
— Не получилось. Попытаемся следующей ночью, — равнодушно пожал плечами задумавшийся о чём-то Лейрус.
Больше никто никаких вопросов не задавал — близился рассвет, давали знать о себе усталость и желание наконец-то поспать. Скоро друзья добрели до гостиницы. В общем зале, как ни странно, было довольно людно.
— Нужно перед сном горло промочить, — промычал всё чаще широко зевающий Зеникс.
— Согласен, — устало кивнул Зихий. Лейрус, по-прежнему думавший о своём, молча согласился. Они сели за свободный стол, находившийся возле лестницы на второй этаж. Стоявший неподалёку слуга мигом подскочил к расположившимся и сладким голосом вопросил:
— Чего изволите?
— Чего-чего, вина неси, да побольше, — пробасил Зеникс, всё чаще с усилием разлепляя тяжёлые веки.
— Уже несу! — со странной радостью выпалил слуга и исчез где-то в недрах задних комнат.
— Какой исполнительный малый, — удивился Зихий.
— Что-то я его до этого не видел, — машинально произнёс Лейрус, глядя на горящую в горшке посреди стола толстую свечу. К столу подбежала маленькая рыжеватая собачонка, вечно с голодным любопытством снующая по залу, и, с ожиданием уставившись на друзей, уселась тут же.