— Очень вкусно, — прошамкал набитым ртом Зеникс.
— Да уж, объедение. Ширел, ты никогда не задумывался о том, чтобы стать поваром? Клянусь, ты стал бы лучшим из поваров. Если тебе когда-нибудь надоест быть Великим Магом и захочется пожить спокойно, приезжай ко мне в Дрок, я и отец с удовольствием примем тебя как главного стряпчего Древославных, — с долей шутки предложил Зихий.
— Обязательно подумаю над твоим лестным предложением, — улыбнулся Ширел. — А сейчас быстрее заканчивайте завтрак — для нас каждая минута дорога.
Заторопившиеся Лейрус, Зеникс и Зихий выпили по кубку разбавленного мёда диких пчёл, вытерли руки одним большим полотенцем, и вслед за Ширелом вышли наружу. Бледное утреннее солнце едва показалось над верхушками деревьев, между которыми клочьями плавал тающий туман. Роса уже почти сошла, лесные птицы оживлённо приветствовали проснувшееся светило и друг друга, накормленные ещё прежде людей лошади нетерпеливо перебирали копытами и фыркали. Друзья также были готовы к путешествию; Ширел был в новом сером плаще, отливавшем металлическим сиянием, и такого же цвета шляпе. Маг с помощью медальона запер свой дом, который теперь снова стал обыкновенным, если не брать в расчёт его размеры, старым деревом на поляне посреди леса. Взяв под узды своего коня, он кивнул спутникам:
— Следуйте за мной.
Собиравшийся вскочить в седло Зихий удивлённо спросил:
— Как, мы отправимся пешком?
— Здесь недалеко.
Древославный изумлённо поднял брови и уже открыл рот, чтобы уточнить: «До Горной Страны недалеко? Здесь что, какой-то обходной путь, позволяющий за несколько минут преодолеть расстояние, на которое обычно требуется около месяца?», но красноречивый долгий взгляд Ширела на верхушки деревьев заставил Зихия вспомнить вчерашний урок хороших манер и сдержаться.
Спустившись с холма, Ширел и остальные двинулись по берегу реки против её течения. Пройдя шагов пятьсот, они оказались у нависающего над водой высокого крутого обрыва, выглядевшего так, будто большой холм разрезали пополам и половину его водрузили возле воды. У подножия обрыва беспорядочно валялись несколько крупных валунов. Подойдя к самому крупному из них, Ширел достал из-за пазухи холщовый мешочек, развязал его, извлёк из него щепотку зеленоватого порошка, высыпал её на камень и, повернувшись дважды вокруг своей оси, тихой скороговоркой изрёк заклинание. Валун бесшумно сдвинулся с места, сминая траву, и открыл под собой уходящий вглубь склона тёмный ход, достаточно вместительный для того, чтобы в него смогла пройти лошадь. По приглашающему жесту Ширела друзьям стало понятно, что им туда.
— Так мы о-о-очень быстро до Горной Страны доберёмся, — буркнул себе под нос Зихий, но, ободрённый лёгким толчком Зеникса в спину, последовал за Лейрусом внутрь обрыва. Когда валун так же неслышно закрыл за выход за ними, лошади в наступившей темноте забеспокоились, замотав головами и немного упёршись, так что пришлось посильнее дёргать их за поводья. Волноваться скакунам пришлось недолго — почти сразу же они и их хозяева оказались в небольшой подземной пещере, тускло освещённой несколькими только что зажжёнными Лейрусом по просьбе волшебникам факелами, воткнутых в земляные стены. Приглядевшись, можно было заметить, что та грань пещеры, что выходила на реку, была выложена из крупных булыжников. Сама пещер по форме напоминала сплющенную сверху окружность, по краям которой шли каменные возвышенности, а в центре, посреди наполненного водой резервуара мерно покачивался небольшой однопалубный речной корабль со спущенными парусами.
— Вот на этом мы отправимся в Горную Страну, — сказал Ширел.
— По реке? — уточнил Лейрус.
— Вот именно. Так мы сократим наше путешествие на пятнадцать, а то и на двадцать дней. Если бы мы двинулись по суше, пришлось бы огибать Болота, что по правому, что по левому берегу, а это большой крюк.
— Но ведь нам придётся плыть против сильного течения Ивисы, — усомнился Зихий. — Даже крупные речные торговые суда, с двумя рядами гребцов и попутным ветром, плывут от Миноры до эльфийских пределов не меньше пятнадцати дней. А на этом кораблике, да ещё без вёсел…
— То есть ты не веришь в то, что мы доберёмся до Горной Страны быстрее, чем если бы мы ехали по суше? — добродушно поинтересовался маг.
— Видит, что здесь деревьев нет, и подвешивать его вверх ногами некуда, вот и осмелел, — беззлобно подначил приятеля Зеникс и его чёрный Бас, будто соглашаясь с хозяином, размашисто закивал большой головой.
— Да нет, не то чтобы я сомневался в твоих словах, Ширел… — неуверенно проговорил Зихий.
— Вот и не сомневайся, — кивнул волшебник.
— Это корабль вроде того, на котором мы уплывали из Урунии? — внимательно оглядев судно, спросил Лейрус.
— Точно.
— Тогда мы действительно прибудем на нём в Горную Страну намного раньше, чем каким-либо другим путём, — повернулся к Зихию Лейрус. — Ну, разве что по воздуху мы добрались бы быстрее, но драконы уже давно вымерли, орлисы людей близко к себе не подпускают, а других крылатых тварей, способных перенести на себе человека, я не знаю.
— Раз вы вдвоём в это так уверены, то и я сомневаться не буду, — перестал спорить Зихий.
— Вот и правильно, а то постоянно начинается — «то не так, это не так, с тем я не согласен», — проворчал Зеникс.
— Судьба у меня такая — во всём сомневаться, — неожиданно миролюбиво развёл руками сын Урсуса, не ввязываясь в словесную перепалку.
Ширел со скрежетом повернул торчавший из воды рычаг и прямо из возвышения, опоясывающего пещеру, выдвинулся, гремя скрытыми под землёй цепями, широкий дощатый помост, с двумя подпорами на краю, и остановился у самого корабля.
— Вперёд, — скомандовал Ширел.
Зеникс принял лошадь волшебника, оставшегося возле рычага, и ступил на прочный выдвижной причал. Вслед за ним повели на корабль своих лошадей Лейрус с Зихием. Дождавшись, когда три человека и четыре лошади взошли на палубу судна, Ширел повернул рычаг в обратную сторону и помост, качнувшись и мелко задрожав, пополз обратно, в чёрную щель в каменной насыпи.
— Распускайте парус! — крикнул Ширел. Лейрус скорыми ловкими движениями, выдававшими сноровку в этом занятии, поднял парус, оказавшийся светло-голубого цвета, и оставшегося безжизненно висеть в отсутствии ветра. Волшебник прошёл по возвышению к стене, выходящей к реке, и дёрнул вниз ещё один рычаг, на этот раз вмурованный в каменную кладку. С гулким звуком стена начала медленно раздвигаться, открывая выход на реку. В пещеру тут же снаружи хлынула вода, заставив корабль довольно сильно раскачиваться.
— Якорь! — распорядился Ширел. Мгновенно понявший его Лейрус показал Зениксу на уходящую под воду толстую якорную цепь:
— Вытаскивай!
Богатырь, делая длинными руками огромные взмахи, играючи вытащил на палубу небольших размеров, но по виду довольно тяжёлый двузубчатый якорь. Тут же корабль под воздействием продолжавшей поступать из реки воды начало разворачивать, носом в противоположную от выхода сторону. Ширел, вытянув обе руки перед собою, громко выкрикнул несколько слов, и корабль, будто ожив, повернул в обратную сторону, вспенивая воду и заставляя вздыматься возле борта высокие волны. Затем судно приблизилось к каменной кайме пещеры вплотную, едва не касаясь её бортом, и маг, подобрав свой длинный плащ, резким прыжком очутился на палубе.
— Отведите лошадей на нижнюю палубу, — распорядился он.
Когда юноши, привязав постепенно привыкавших скакунов к столбам на покрытой навесом площадке, располагавшейся на несколько локтей ниже уровня основной палубы, вернулись к Ширелу, корабль уже покинул пещеру, выбрался на середину Ивисы и, набирая скорость, плыл против течения к истокам реки, затерявшимся среди ущелий Горной Страны. Стены пещеры сомкнулись и снаружи выглядели поросшим редкими растениями речным берегом.
Ветер не был попутным для путешественников, он обдувал паруса сбоку и мало чем помогал; тем не менее корабль быстро двигался против течения, разбрасывая по обе стороны от носа обильные брызги. Зихий со вниманием осмотрел корабль, свесившись с бортов, забравшись в неглубокий трюм и ощупав вяло покачивающиеся паруса. Наконец, убедившись в бесполезности понять причину столь резвого плавания судна, о котором он совсем недавно не слишком лестно отзывался, Зихий, притворно нахмурившись, подошёл с интересом наблюдавшему за его действиями Ширелу и спросил: