Поэтому совсем уж наглеть и прямо от этого стана ехать на повозке не стоило. Может, потом от Брягославля, коль у меня теперь появились деньги, но точно не сейчас. В конце концов, никакой лютой спешки не было — я вообще никуда не опаздывал. Так что лучше пешочком по ночам — дольше, но зато спокойнее.
Ещё у меня был соблазн зайти в ближайшую деревню, и провести день там, сняв комнату на постоялом дворе. Нормально поесть в харчевне и выспаться на кровати. Но и эту мысль я отогнал. Пока у меня не выветрились воспоминания о ночёвке на лавке в темнице, я был готов спать на холодной земле в лесу — лишь бы на свободе. А на мягких перинах отосплюсь, когда вернусь в Велиград.
Впрочем, я деревню я всё равно зашёл. Прикупил там провианта и массивный нож с толстым лезвием — идеальный, чтобы высекать им искру. Позже по дороге нашёл подходящий камень — кварцит размером с кулак и с удовлетворением отметил, что теперь у меня есть огниво. Тереть ещё раз палочки не хотелось. Надо было только ещё запастись хорошим трутом для полного комплекта.
Так как у меня теперь была карта, я мог не только сверяться, в нужном ли направлении иду, но и примерно прикидывать маршрут. При хорошем раскладе к утру четвёртого дня моего путешествия я должен был прийти к Зорельску — небольшому городку, в котором мы останавливались на третью — последнюю ночёвку по пути из Велиграда в Крепинск. Поэтому третью ночь я шёл почти без остановок, перекусывал на ходу и чуть ли не переходил на бег иной раз. Я решил, что лучше вымотаюсь, но уж в Зорельске точно сниму комнату на постоялом дворе и нормально отдохну. День, а то и два, потому как ноги я натёр уже основательно — не в кроссовках всё же шёл.
Когда я подошёл к Зорельску, главные ворота были открыты, и из города вовсю выходил разный люд по своим делам. Без какой-либо проверки. А вот в город никто не входил, что было логично: по ночам здесь никто не путешествовал, и все, кто вышел в Зорельск даже из ближайших деревень, были ещё в пути.
Так как проверять на собственной шкуре, досматривают ли каждого водящего в город, не хотелось, я решил подождать, устроившись в придорожных кустах примерно в ста метрах от городских ворот. Просидел там часа два, пока к воротам не подъехала гружённая мешками телега. Ворота для неё отворили без вопросов. А ещё через час, когда прибыли ещё несколько телег и пошёл пеший люд, ворота отворили и так и оставили. Похоже, до вечера. Можно было и мне идти.
Зорельск был хоть и небольшим, но всё же городом — со всеми вытекающими: рыночной площадью, многочисленными лавками и, главное, постоялыми дворами. Я, обойдя центр городка, обнаружил три. Первые два меня не впечатлили: один был совсем уж маленький — там каждый постоялец на виду, а второй выглядел так, будто был самым дешёвым и грязным заведением всего Девятикняжья. Зато третий меня устроил сразу: большой, снаружи выглядевший ухоженным, с красивым названием «Ладный приют». Здесь можно было и остановиться.
Я подошёл к входу, толкнул тяжёлую дубовую дверь, и она с глухим скрипом открылась внутрь. Изнутри тут же повеяло тёплым воздухом, пропитанным запахом жареного сала и свежевыпеченного хлеба. Сразу же захотелось есть.
Войдя внутрь, оказался в харчевне, выполнявшей заодно и роль эдакого лобби постоялого двора. Помещение было довольно просторным. Прямо передо мной тянулись ряды крепких деревянных столов, отполированных до блеска ладонями и кружками сотен путников. На некоторых лавках за этими столами сидели постояльцы. Немного — время обеда ещё не наступило.
В углу горел очаг. На стенах висели несколько светильников. Глядя на их ровный свет, я вспомнил, что так и не проверил, берёт ли меня магический огонь.
В дальнем углу за стойкой суетился крепкий мужик лет сорока с широким лицом и густой бородой. Похоже, хозяин или управляющий. Я направился к нему.
— Здрав будь, путник! — крикнул он, заметив, что я подхожу к стойке. — Поесть зашёл или ночевать останешься?
— Здрав будь, хозяин, — ответил я. — Можно и поесть, и переночевать, если сторгуемся и комнату дашь по хорошей цене.
— Да чего торговаться? — удивился мужик. — Две печати давай и комната твоя до завтрашнего обеда. Три дня живёшь — четвёртый бесплатно. Ты один будешь?
— Один, — ответил я и подумал, что, может, и стоило остановиться в том заведении, которое выглядело более грязным и дешёвым. — А не много ли, две печати?
— Так, у нас лучший постоялый двор в городе, — с гордостью заявил мужик. — В цену входят завтрак, обед и ужин. И постель свежая, и клопов нет.
В принципе если с питанием и клопов нет, то выходило не так уж и много, но для меня всё равно не подъёмно, если на два дня останавливаться. Но на один стоило. Искать что-то другое не было ни сил, ни желания. Да и сильно дешевле я вряд ли что-то бы нашёл.