— Где ж тебе понять, евросоюзовец галимый. — по-русски тихо сказал Джо.
— Что, Джо? Я вас не понял. Я плохо говорю, по-вашему…
Джо не ответил, он смотрел на гало-монитор показывающий космодром. Там несколько цистерн с жидким пластобетоном ползли к воронке сделанной при взлёте Романцовым. Человек сзади кинул ещё один взгляд на зеркало с отражением Джо Блэка, легендарного пирата, владельца тридцати боевых суден и правителя бывшей Алкарисовской военной базы, усмехнулся и вышел из кабинета.
Джо коротко выругался по-русски и в два глотка опустошил стакан. Постоял с закрытыми глазами, не то, смакуя ощущение, не то, пытаясь решить какую-то наболевшую проблему. Потом обернулся к своему столу и налил из бутылки без надписи себе в стакан. Опрокинул снова. И опять постоял с закрытыми глазами. Шумно выдохнул. Посмотрел на бутылку и, поставив стакан, нажал на кнопку коммуникатора.
— Да, Джо! — ответил командир зенитной батареи.
— Нуадим, корабль, что вчера упал к нам, помнишь?
— Ка-а-акой? Вчера м-м-м, — Нуадим посмотрел куда-то вбок. — Вчера село три корабля — один фрегат, два круизёра.
— Фрегат.
— Вроде помню, что с ним?
— Очень плохо, понимаешь?
— Да, Джо. Понял, как только, так сразу, — заверил Нуадим и отключился.
Джо ещё раз выругался по-русски, на этот раз выдав длинную многосложную фразу. Налил себе ещё раз, выпил и закурил. У него было лицо человека, с большими трудами, справившегося со страшными душевными мучениями.
В бутылке был семидесяти шести градусный спирт.
Через сорок минут, в результате «случайного» срабатывания основного огневого компьютера зенитной системы базы, пульсионые торпеды превратили в пыль взлетавший с базы фрегат.
21 февраля 21:00.
Система Солнца. Столица федерации Марс.
Один из конспиративных офисов контрразведки федерации.
— Вильям. Я только что получил сообщение с Кимерии. — прогундосил в видеотелефоне человек, одетый в простой костюм.
Человек названный Вильямом внимательно посмотрел на изображение собеседника.
— Говори.
— Мой осведомитель передал мне сообщение всего из трёх слов: «Ваш человек мёртв».
— Что-что?! Как это произошло? — Вильям занервничал.
«Майора» Вильям послал на Кимерию с простым заданием — посадить на крючок владельца базы Джо Блека. «Майор», на самом деле — флаг-лейтенант департамента по работе с представителями РКЗ, являлся одним из самых удачливых агентов. Его руке принадлежало несколько особо удачных операций связанных с вербовкой дип-представителей РКЗ. За несколько лет службы не было ни одного прокола.
— Не знаю, Вильям. Не знаю. Я отправил запрос об обстоятельствах гибели. Но думаю, ответ будет не раньше, чем завтра. Одна надежда, что «Майор» успел выполнить своё задание.
— Ты прав.
Вильям начал прокручивать в голове всё возможные варианты, связанные с гибелью агента. Если его раскрыли, то кто? Если это были люди РКЗ, то дело поправимо — отправим ещё одного человека, а вот если это люди разведки ВКФ федерации? В этом случае — вопрос, умер ли «Майор» раньше чем из него успели извлечь информацию о сути задания, стоит особо остро. Эта информация, попади она в руки родственных Служб, будет стоить Вильяму по меньшей мере — поста.
— Слушай, — произнёс Вильям, обращаясь к пригорюнившемуся человеку в обычном костюме. — Мне нужно точно знать, кому в руки попал «Майор»! Понял!
— Конечно Вильям, конечно. — энергично кивая головой проговорил человек в обычном костюме.
— Всё, позвонишь, как узнаешь.
Вильям отключился. Неожиданно его мысли свернули в сторону костюма его агента. Подумав, Вильям решил, что Контора, в которой агент сидит просто-напросто чудит. Не носить мундир, а вместо этого такие невзрачные костюмчки!
Флаг-подполковник Вильям Гейтс посмотрел в окно. За окном сгущались сумерки, появившиеся после создания нормальной атмосферы на Марсе. Город за окном медленно затягивало мглой. На шпилях офисных зданий вспыхивали сигнальные красно-зелённые огни.
Далёкое, от сюда, Солнце переставало дарить своё тепло. В горах к югу от столицы собирались, чёрные в лучах заходящего Солнца, облака. Ночью опять будет снег — подумал брезгливо Гейтс. Он с детства не любил снег. Климатическая установка, в которую правительство Федерации вбухало двадцать миллиардов кредитов, несмотря на все ожидания, ночную температуру на экваторе Марса подняла всего на несколько градусов. Было минус двадцать, стало минус пятнадцать. Теперь правительство думает где бы деньги достать ещё на пару-тройку таких установок. Стоящих каждая, к сведенью, как постройка нескольких новейших кораблей класса «Титан».