Но из разных дырок и видится разное. Только заделаешь стену в одном месте, как тут же хочется расковырять в другом. И твой партнер с другой стороны делает то же самое. Я смотрю на его коленки, а он пялится на мою спину. Из-за этого начинаешь по ошибке считать, что твой умерший приятель переродился во что-нибудь. Но, кто знает, может, на самом деле эта иллюзия лучше отражает реальный образ. Тогда переходишь к более тесным, эротическим отношениям, понимая друг друга на телесном уровне. Приятель умирает и воскресает как друг.
Вот еще немного моей теории. Связи не существует, ее создают. В друзьях-приятелях нет связи, только смысл. Когда создаешь связь, смысл исчезает, и рождается друг. Друг похож на меня больше, чем любимый человек, родители, братья или сестры. Я нахожу в нем свою низость и благородство. С другом можно запросто поменяться местами.
Мы с Тэцуя пока не были друзьями. Его крепкая дружба со старыми товарищами постепенно подменялась прагматическими отношениями, и перед Тэцуя маячила угроза одиночества. Излечить его от одиночества мог только один человек, появившийся с обратной стороны Земного шара. Тэцуя хотелось привязать к себе этого внезапно появившегося чужака и превратить его в своего верного помощника, который никогда не предаст его.
– Есть работа – научить английскому одного безумно популярного рок-певца. Но он звезда и поэтому ужасно капризный. Говорят, если кто-то приходится ему не по душе, он его безжалостно расстреливает из огнетушителя. Уже четыре репетитора пострадали. Не хочешь попробовать? Платят очень много. Но нужно не только учить английскому, но и выполнять различные поручения звезды.
Так я узнал о нем. В то время у меня как раз не было работы, к тому же за просмотр денег не берут, почему бы и не встретиться ради интереса. Тогда я впервые услышал звучавшее как фальшивая монета имя Тэцуя Нисикадзэ.
В день собеседования, готовясь к атаке огнетушителя, я выбрал из двух своих костюмов тот, который выглядел подороже. Я гладил костюм в своей тринадцатиметровой комнате, которую снимал, чтобы было где переночевать, и не мог избавиться от мысли: разглажу еще одну складку – смогу содрать с рокера за ущерб на 500 иен больше.
Я прождал минут пять в комнате для посетителей продюсерской фирмы рок-певца, когда передо мной появился менеджер, а за ним и сам Тэцуя Нисикадзэ. Руки в карманах брюк, лицо прячет в воротник кожаной куртки, нарочито небрежно плюхается на диван. Сразу стало понятно, что он намеренно избегает встречаться со мной глазами.
– Меня зовут Мэтью Катагири, – я назвал имя, которое было написано у меня в правах и на кредитке. Обычно его считали настоящим.
– Мэтью? – переспросил Тэцуя, как будто ему не понравилось, как меня зовут. Он по-прежнему избегал моего взгляда.
– Ты полукровка? – спросил менеджер.
Непросто ответить на этот вопрос, но у меня было несколько вариантов наготове.
– Как вы сами видите, я японец. Долгое время жил в Нью-Йорке, вот и поменял свое имя, чтобы американцам было проще произносить его.
– А до того как поменял, как тебя звали?
– Матио. Матио Окамото, – весьма правдоподобное вранье. Никогда в жизни я не был никаким Матио. Правда, многие японцы называли меня так на японский манер.
– Матио? – менеджера это убедило, а Тэцуя, похоже, был недоволен по-прежнему. Он забился на диван, перебирая в кармане ключи или что-то вроде этого.
– Терпеть не могу английский, – тихо сказал он, смотря в пол. Он неестественно опускал подбородок, как будто не хотел, чтобы видели его кадык. Да, этот рокер из пугливых, догадался я. Возникла неловкая пауза. Казалось, что из нас троих Тэцуя боялся молчания больше всех.
– А где у вас огнетушитель? – спросил я, чтобы разрядить атмосферу. Я заметил, что он трясет ногами, и догадался, чего ждать в следующий момент. Чтобы прервать молчание, Тэцуя должен был неторопливо встать со своего места и принести огнетушитель. Он первый раз за все время смело посмотрел мне в лицо, показав свой кадык. Затем слегка улыбнулся уголками губ и сказал довольно высоким голосом:
– Меня прет от огнетушителей. Часто на концерты их беру. Когда достанет всё вокруг, штуки три могу враз забабахать.
– Наверное, приятное ощущение.
– Да не особо.
Лицо – как у невыспавшегося баку. Но я понял, что теперь Тэцуя старается смотреть прямо на меня.
– Имей в виду, я конченый кретин, – сказал он. Скорей всего, так оно и есть. Но наверняка ты постарался, чтобы в него превратиться. Люди просто видят в тебе кретина, а на самом деле это результат. Но нужно обладать пониманием процесса. В этом и состоит работа друга-профессионала.