Травница кивнула на пирожки:
- Угощайся. Я ждала тебя. - она обеими руками обняла кружку и вдохнула терпкий запах чабреца - Как прошел твой день?
Император потянулся к ароматным пирожкам, взял один, надкусил. Теплая сладковатая мякоть теста наполнила рот, тягучая сладкая масса варенья горячим соком обожгла язык. Император втянул воздух и улыбнулся как мальчишка. Выдохнул пару раз спешно.
- С вареньем! Мои любимые.
Травница улыбнулась и отпила чай. Она была в своих мыслях, пока не заметила, что Император нетерпеливо ее рассматривает.
- Что-то случилось? - спросила она растерянно.
- Я его нашел!- Император восторженно смотрел на травницу, та смотрела в окно, ее мысли были где-то далеко.
Не получив ожидаемую реакцию, Император повторил.
- Я нашел его, травница, я нашел твоего ребенка!
Она испуганно посмотрела на него, и тут же сменила выражение лица на скуку, но поздно, он уже заметил ее страх, и она поняла это тоже. Скрывать не имело больше смысла. Она с вопросом в глазах уставилась на него.
- В северной деревне, возле гор. Мои ловцы уже в пути, и завтра он будет у меня - Император триумфировал, его глаза расширились, ноздри раздулись, во взгляде бушевало безумие.
- Зачем он тебе? - травница так сильно сжала кружку, что пальцы ее побелели. Казалось, еще немного, и осколки кружки со звоном полетят на стол.
- Я был на мосту, я видел сны. Яркие, светлые, счастливые. Твой ребенок, он сможет провести меня в них, он сможет дать мне самый яркий, самый счастливый сон, или я заставлю его потушить их всех, и тогда - он устало вздохнул, вновь превратившись в старого измученного человека - и тогда я, может быть, наконец-то смогу умереть.
- Не говори так,- травница опустила кружку на пол и теперь терла онемевшие пальцы - ты не должен умирать. Ты должен жить!
- Зачем? У меня нет никого в этом мире.
- У тебя есть Я!
- Моя пленница, которая только и жаждет, как бы сбежать от меня?! - он взглянул ей в глаза. - Я один. И я устал. Я устал быть один. -его взгляд затуманился, как будто он смотрел куда-то в далекое прошлое. - Сначала мне было страшно. Я помню, как я плакал и звал маму. я был ребенком, но ее нигде не было. Я искал хоть кого-то, кто бы любил меня, но никого не было. Был только народ и корона, и я хотел осчастливить людей, но я не знал как. Никто и никогда не учил меня, как быть императором, я им просто был. И что из этого вышло - засуха и смерчи?! Тьма наступает со всех сторон. - он сделал паузу. Выдохнул. - Потом я был в ярости. Я хотел разрушать и калечить - и тьма подступила еще ближе. Потом я боролся с ней, но она становилась лишь сильнее. И теперь, теперь я просто старый уставший правитель, и мой самый близкий человек - моя пленница, - он поджал губы и проглотил горячий ком в горле. - Я устал бороться. Дай мне умереть. - он посмотрел на травницу, и вся вселенская боль читалась в его взгляде.
Травница резко встала из-за стола и выбежала за дверь.
Неизвестно откуда взявшийся холодный ветер закружил ее юбку вокруг ног и пробрался под платье. Кожа тут же ощетинилась мурашками. Травница села на крыльцо и обхватила плечи руками. Так не должно быть. Он не может умереть. Но что она еще могла сделать в этом мире. В мире, не принадлежавшем ей. В мире, где у нее нет никакой власти. Она вспомнила, как впервые попала в этот мир.
Врачи говорили, что надежды нет. Прошло уже двадцать дней. Пять ненавистных, ужасно долгих, одинаковых и все же совсем не похожих друг на друга дней. И если в первые дни еще были какие-то изменения, то потом наступила долгая рутина ожидания. Без изменений- и приговор и облегчение каждый день. Начальная ярость и торг уступили место тотальной беспомощности и отрешенности, готовности конца. Ужаса, но и надежды, что скоро это все закончится. И лишь она одна не сдавалась. Сидела у кровати, разговаривала, рассказывала, читала книжки, смеялась, плакала. Много плакала. И много смеялась. В какие-то моменты она и сама не понимала истерика ли это или нет.
Но однажды вместо привычного “без изменений”, ей сообщили, что его состояние сдвинулось с мертвой точки, или, вернее, в направлении мертвой точки.
Она легла к нему и прижалась всем телом. Обняла руками и ногами как осьминог. Целовала макушку. Нацеловать, пока еще теплая. Перебирала волосы. Вдыхала кожу- каждую частичку. Пыталась впитать его и поменяться с ним, отдать ему свое тепло.