Для начала Нанни устроила Майле бурную сцену с требованием объяснений. И по поводу Джюса, и по поводу темной магии. Ответы девушки повергли Нанни в еще большее уныние. Майла не только говорила о столяре-изгое как о будущем муже, но и призналась, что в магии Тограв кое-что понимает и не видит в этом ничего дурного — разумеется, до тех пор, пока колдовство используется в добрых целях. О том, что Тограв в принципе не рассчитан на добро, Майла и слышать не хотела, как и о том, что от Джюса лучше держаться подальше, потому что он тоже в некотором смысле на добро не рассчитан.
День проходил за днем. Это оказалось не так уж трудно — просто проживать каждый день, кое-как дотягивая до вечера, забивать время бесполезными делами так, чтобы не оставалось свободной минуты, и воображать, что это и есть жизнь. Да и продолжалось это недолго.
На южном берегу реки Когида, к западу от деревни, тоже был лес —довольно мрачный. В лесу этом была круглая поляна. На поляне бугор. На северной стороне бугра — древнего вида каменная лестница. На верхушке — плоский камень.
Джюс бывал там дважды. Один раз зашел на поляну случайно (тогда он благоразумно решил не задерживаться в этом месте дольше минуты). Второй раз его притащила туда Майла. С Майлой было гораздо веселее. Она болтала какую-то ерунду про древнее святилище, но когда речь зашла о совсем уж невообразимых ужасах, Джюс догадался, что она его просто разыгрывает.
Как-то раз Урфин перешел на южный берег по делам, никак с древними святилищами не связанным, и брел вдоль реки. На поляне обнаружилась куча народу. Шестеро жевунов стояли вокруг бугра с самым угрожающим видом, какой они только могли принять. А у подножия лежала без движения Майла Шемарус в бело-красно-черном полосатом платье.
Эта картина Джюсу совсем не понравилась. Он выскочил на поляну, выкрикнув какое-то зловещее предупреждение. Жевуны отпрыгнули назад и испуганно уставились на него.
— Вы что с ней сделали? — спросил Джюс. — Что вы с ней сделали, бараны двуногие?
— Ничего мы с ней не делали, — пискнул Хосси Талус, который, судя по всему, возглавлял эту группу народных мстителей. — Она сама упала. Мы только хотели помешать колдовству.
— Так-таки сама? — Джюс подошел к Майле и наклонился над ней. — Май, ты как? Май, это я, Урфин.
Она приоткрыла глаза.
— Урфин… — прошептала она.
— Эти скоты тебя били? Что случилось? — Он перевел взгляд на жевунов. — Что вы с ней сделали, уроды?
«Уроды» не отвечали, и Джюс решительно подхватил Майлу на руки и направился на восток.
— Да походу придется убрать обоих, — крикнул Хосси Талус. — Бей их, приказ есть приказ!
Джюс осторожно положил Майлу на траву и, не выпрямляясь и не отпуская руку великанши, обернулся.
— Та-ак, — сказал он. — Что, драки захотелось? Ну подходите. Со мной драться — это не девчонок похищать. Ты это помнишь, Дан Борус. И ты, Кадо Кан Дибус. И ты, Кен Дибус. Или забыли?
Исключительно для большего эффекта Джюс врезал кулаком по пустоте куда-то в сторону Дибусов.
Поскольку из оружия у них были только ножы а Урфин владел ножом гораздо лучше жевуны поворчав разошлись. Хосси плюнул и пошел с поляны большими шагами. За ним убрались Дибусы, поминутно оглядываясь. Борус явно был разочарован таким исходом, но Верго Накк утащил его с поляны. Последним ушел Варт, так и не вышедший из состояния глубокого изумления.
Убедившись, что когидские герои отвалили, Джюс опять склонился над Майлой. услышав шум он поднял голову. Неподалеку стоял Туррепо огромной своей массой нависая над Джюсом.
— Теперь понятно почему все сбежали, – невесело произнес Джюс,– Помоги мне отнести ее домой. Он отвел ее домой и вернулся к себе. Туррепо жил с ним после возвращения из Кунджулура. Сироту Джюс встретил на пути в Кунджулур и спас его от хищников. Он часто ходил в Когиду где местная детвара не слезала с него. Туррепо был очень мягким и податливым но Джюса защищал так свирепо что местные жители его боялись.