— Кто отец девочки, – с тревогой спросила Гингема?
— Этого никто не знает но Майла утверждает лишь титул Оз.
— Ты ее опекал так зачем же сейчас ты ее отдаешь нам?
— Была попытка похищения и походу от князя Когидуса. Гудвин не обрадуется такому положению поэтому я сообщил все в Черную крепость.
— Нам все понятно. Иди Урфин. Я пока займусь твоим делом.
Когда Урфин вышел, Гингема обратилась к Бастинде:
— Ну и зачем мне этот когидец. Они дикие и необузданные. Как мне его контролировать? К тому же он верен Гудвину раз сообщил все в Черную крепость.
Бастинда хитро посмотрела на Гингему.
— Ты найдешь, как применить его. Этот когидец не принадлежит к основным кланам Цевакеши и потому не подвержен их традициям. Когда он сопровождал нас, то постоянно перечислял виды казни для своего обидчика князя Когидуса. Когидус не желает тебе подчинятся, вот, и пошли Урфин Джюса пусть наведет порядок на юге.
В тронный зал вошел эскорт из военных офицеров и мечников арзалов. Вокруг стояли придворные манчкины и хемалы. Командир прошел вперед к помосту, где сидел наследный принц Манчкинии Шуах.
Шуах был еще молодым пятнадцатилетним юношей, но рядом с ним стояли его старшие сестры. Гингеме было двадцать лет, а Бастинде двадцать пять лет. Бастинда была хмурой и смотрела на арзалов с опасением. А Гингема смотрела прямым уверенным взглядом владычицы.
Командир был молод, не старше Гингемы. Выглядел он весьма гордым и особенно Гингеме не понравился его нагловатая ухмылка. Он поклонился и чопорно произнес:
— Приветствую вас господин принц Шуах Троппус. И вас госпожа Гингема Троппус и госпожа Бастинда Троппус. Я принц Куото Антренно ли Амалос эль Гудвинус. Мой отец великий оз Гудвин отправил меня выразить вам соболезнования в связи с кончиной короля Аргола.
Шуах не шелохнулся. Он сидел молча. Гингема произнесла:
— Спасибо вам за то, что прибыли поддержать нас. Надеюсь великий Оз не забыл о обещании предоставить нам внукам короля Аргола управлять Манчкинией.
Куото усмехнулся.
— Мой отец помнит об этом. Но многие князья в Манчкинии могут оспорить этот договор. К тому же мы опасаемся, как бы некоторые сепаратистские лидеры не повлияли на юного принца. Как вы знаете, я управляю Черным замком. Мы вводим гарнизон в Кольвен и проконтролируем полную безопасность королевской семьи.
Новость явно никому не понравилась. Придворные недовольно начали переговариваться. Гингема переглянулась с Бастиндой. Она произнесла:
— Спасибо за вашу заботу. Но вы можете расположиться за стенами города. Здесь мы в полной безопасности.
Куото покачал головой.
— Нет. Мы расположимся во дворце. Мышь не проскочит. Наша обязанность, полностью контролировать вашу безопасность.
Гингема с улыбкой произнесла:
— Спасибо за вашу заботу.
Она встала и вместе с Бастиндой и Шуахом удалилась из тронного зала.
— Негодяй! Мерзавец! Он нарушил клятву нашему деду. Проклятый Гудвин.
Бастинда и Шуах спокойно сидели и смотрели на приступ истерии у Гингемы. А она продолжала:
— Как он мог так поступить. Наш дед отдал ему корону великих озов. А он предал клятву и прислал своего сынка Куото. Вы видели как он нахально себя вел. Он уже чувствует себя хозяином. А завтра он захочет сделать меня своей наложницей.
При этих словах Бастинда расхохоталась.
— Гинга умоляю, пощади меня. Твоя фантазия не имеет границ. Он конечно нахал, но до этого не дойдет. Гудвин понимает, что народ наш будет все это терпеть, пока они соблюдают закон. Иначе, зачем вообще устраивать эту коронацию. Он просто хочет получить контроль над Манчкинией.
— Я призову на помощь хемалов, — спокойно сказала Гингема сев на софу, — Они давно ждут своего шанса отомстить. Кочевники разоряют их поселения в Гилликине. Крупные города сильно не трогают, но дань они выкачивают такую, что народ уходит в горы.
— Зачем Гудвину такие жертвы, — спросил Шуах, — Он же теперь полный владыка этих земель.