Причина, по которой Церковь пара была самой слабой ортодоксальной организацией, заключалась в том, что, помимо самой короткой истории и наименьшего наследия, ее соответствующий бог также находился не в лучшем состоянии.
К тому времени, когда Розель поднял промышленную революцию как Сын Пара, член Церкви, и принёс с собой всевозможные идеи, Бог Ремесла воспользовался возможностью изменить – свое – имя на Бога Пара и Машин, разделяя прогресс просвещения цивилизации, и переварил соответствующее зелье. Будучи истинным богом соседнего пути, – Он – в конце концов решил встать на сторону ортодоксальных божеств после того, как Скрытый Мудрец решил стать врагом Клейна. Ужасающий поток информации врезался в иллюзорные картины и стремительно расширялся, пытаясь взломать клетку.
Однако десятки тысяч лет цивилизаций были толстыми и огромными. История, оставленная поколениями людей, насчитывающими сотни миллионов человек, была столь обширна и величественна. Этого было достаточно, чтобы вместить информационный поток Скрытого Мудреца. Когда Скрытый Мудрец попытался прорваться сквозь ограничения Бога пара и машин, в зале Антигона, который был запечатан слоями растений, Клейн протянул свои скользкие и странные щупальца, чтобы схватить полупрозрачную маску, представлявшую Уникальность Шута, и поднести ее к своему лицу.
Как только маска закрыла лицо Клейна, вокруг него появились многочисленные фигуры.
Некоторые из них были людьми в форме почтальонов. Некоторые были обычными птицами, а другие — микробами, которых нельзя было увидеть невооруженным глазом. Их были сотни или тысячи.
В зале, где в воздухе висели только трупы, вдруг стало тесно.
Их объединяло то, что они носили хрустальные монокли или имели круглые эмблемы разных цветов в одинаковом положении.
Амон!
Аватары господина Ошибки Амона!
Было неизвестно, использовали ли – они – атаки Первородной Демонессы или Скрытого Мудреца, чтобы открыть чёрный ход и использовать лазейку, чтобы тайно подобраться к цели.
Глядя на Клейна, который только что надел полупрозрачную маску и начал принимать Уникальность Шута, эти Амоны одновременно показали – улыбку – . – Открыв рты, они произнесли слова, которые обычные люди не смогли бы понять.
Эти слова переплетались и образовывали ужасающие и безумные бредни:
– Ты упустил из виду Первобытную Демонессу… – Для нее Медичи, которая восстановилась только до 1-ой последовательности, не представляет никакой угрозы… – Ее – самое большое желание сейчас — немедленно произвести Повелителя Тайн и открыть печать Западного континента, что позволит – Ей – получить шанс найти Город Бедствия… – Очевидно, что по сравнению с тобой, я — лучший выбор. Ты слишком слаб… – Хе-хе, ты все еще ждешь, что Мать-Дерево Желания или Мать-Богиня Разврата окажут тебе помощь? – Это бесполезно. Я поместил первую Богохульную Скрижаль в Море Тумана и поместил ее недалеко от входа в Бездну — недалеко от того первобытного острова. – Кроме того, усиленная печать, вызванная соответствующей властью – дверей – и половиной контроля Владыки Астрального Мира над мировым барьером, не позволяет ни одному Внешнему Божеству, чтобы – их – силы проникли внутрь на короткое время…. – И без влияния Внешних Божеств, Темная Сторона Вселенной и Скованный Бог в настоящее время не желают вмешиваться в битву богов. Они – скорее воспользуются этой возможностью, чтобы избежать – их ограничений – . – Они – также желают, чтобы Повелитель Тайн родился как можно скорее, чтобы помочь – Им – выйти из затруднительного положения… Если бы не тот факт, что перемешивание – Их – также вызовет порчу Внешнего Божества в – Них – , я могу обещать, что я бы уже достиг соглашения с – Ними – , чтобы разобраться с вами вместе… – .
Амон намеренно использовал реальную информацию, чтобы заполнить бред, используя это, чтобы заставить Клейна страдать от эффекта двухстороннего подхода — одно было ментальное разложение, вызванное бредом, а другое — соответствующее содержание, которое отвлекало его.
В любом случае, для – Него – это не было пустой тратой времени. С одной стороны, у – Него – было достаточно аватаров. Каждого Червя Времени, произносящего одно слово, было достаточно, чтобы – Он – сформировал множество слов. С другой стороны, – Он – насильно сливал информацию воедино, заставляя одно слово представлять множество вещей.
В этот момент бред Амона эхом отозвался в сознании Клейна, словно острые лезвия, пронзившие его психику и разорвавшие его разум.
Обычно Клейн мог использовать свой собственный статус, чтобы подавить бред, который был на уровне 1-ой последовательности. Это не повлияло бы на него, но в данный момент он приспосабливался к Уникальности Шута. Его психическое состояние находилось в слабом и тонком равновесии.