— Не тебе меня судить! Я имела право на месть! А вот про захват тела, распутство, массовые убийства, пожирание неживых, кровавые ритуалы, жертвоприношения и прочее — речи в сделке не шло!
Однако.
— А я имела твое многолетнее нытье и скулеж о том, как же это все неправильно, аморально и бесчеловечно, — простонала демонесса. — Что-то не припомню, чтобы ты возражала против купания в крови, когда нужно было усилить твои магические каналы.
— Единороги! — простонала Корделия. — Ты убила последних единорогов в Аурхейме!
Со стороны демонессы послышался кашляющий смех.
— МЫ, — подчеркнула она, — убили. Повторюсь, ты настолько была увлечена процессом спускания крови и купанием, что не тебе говорить про мораль и человечность. Или ты забыла, что даже не поморщилась, когда сжирала их сердца?
— Так, стоп, — оборвал я женский разговор, основанный на взаимных претензиях. — Слушать больше не могу, что вы обе творили.
— Она бросила меня умирать в парадной крипты! — воскликнула Корделия. — Знала, что я любо сдохну от вытягивания магии, либо в сражении со Стражами.
— Стоп, что? — удивился я. — Ты про тех двух…
Корделия кивнула, когда увидела, что я показываю в сторону выхода из крипты Лилит. Там должны были ожидать два Стража, созданные из душ детей Эллибероут. Чертовски опасные и сильные твари, которых боялась сама Лилит. По крайней мере — в виде астральной проекции.
— Как ты вообще смогла их убить? — удивился я. Про то, что мы здесь не слышали сражения говорить бессмысленно — Лилит поставила заклинание, обеспечивающее тишину внутри ее темницы.
Со стороны демонессы раздался надрывный смех.
— Ну, давай, рыжая, — она посмотрела на магичку исподлобья. — Расскажи ему. Во всех подробностях.
Корделия поморщилась. Отведя взгляд в сторону, она произнесла:
— Я вытянула из них всю магию.
— Энергетический вампиризм, — пояснила демонесса. — Примерно это же с нами делает и Дуар Мар’Тун здесь, сейчас… С той лишь разницей, что эта рыжая ублюдина модернизировала заклинание, впитав в себя магические души драконов. Поэтому и не сдохла. Зато как следует повеселилась. Ты ведь одного выпила, а второго убила, используя силу его братика?
Корделия промолчала. Впрочем, ответа тут и не требовалось — все и без того понятно.
— Какая хорошая девочка, — издевательски расхохоталась Лилит. — Жду не дождусь, когда рептилия узнает о том, кто окончательно прикончил ее детишек. И ведь никакого перерождения или драконьего рая. Ну и кто же из нас чудовище, обезьяна с рыжей гривой?
Магичка одарила демонессу испепеляющим взглядом.
— Скажи, что ты не знала, — произнес я, смотря на Корделию.
— Знала она, знала, — ехидно посмеиваясь, сказала Лилит. — Не в первый раз она видит вход в мою крипту. И что есть из себя Стражи, тоже. Я объясняла, что ей не справиться с ними, пока проход запечатан. Малышка увидела шанс свести счеты… Интересно, чешуйчатая подружка Глебушки тебя когтями разорвет или сожжет в пламени? Надеюсь, что последнее. Ты же помнишь, Корди, что драконье пламя уничтожает души… А без них перерождение невозможно.
А еще это значит, что, пусть телесные оболочки сыновей Эллибероут и были уничтожены, а души превращены в рабских Стражей на поводке у обители Практиков, имелся шанс на освобождение. Их нужно было лишь освободить от удерживающего здесь заклинания.
Да, на это могли потребоваться годы, столетия, но… Однажды они возродились бы. Магические существа потому и мудры, что при перерождении их воспоминания, знания, навыки остаются с ними. У простых людей они просто стираются, остается лишь «табула раса», чистый лист.
Корделия уничтожила души обоих. Одну поглотила, другую развоплотила. И, если боль Элли об утрате детей была безутешной до сих пор, то стоит ей узнать, что они не были убиты окончательно две тысячи лет назад, а это сделала Корделия здесь и сейчас.
Правда, я как-то не уверен, что «здесь и сейчас» для нас троих и остального отряда одинаковы. Как-то не удосужился поинтересоваться у Лилит подробностями телепортации. В пространстве ли только, или во времени тоже…
Есть и такие выверты, читал о них.
— Прекратили, — приказал я. — Обе.
— Может тебе еще раз демонический поцелуй продемонстрировать, ловелас доморощенный? — оскалилась Лилит. — Ты мне не приказчик…