— Да, моя Богиня, — прошептала Имраэхиль. — Местное колдовство… Оно отнимает у нас силы.
— Не только лишь у вас, — сообщила ей Богиня, указывая полупрозрачной рукой на дно долины. Имраэхиль без особых проблем, благодаря пульсирующей внутри нее силе богини, могла разглядеть крохотные черточки, передвигающиеся невдалеке от изворотливой реки. — Они бросили телеги. Избавились от большей части провианта. Их лошади устали и вскоре падут. Отряд сможет продолжить путь лишь пешком. Измученные и лишенные сил они не станут для вас большой помехой.
— Да, моя Богиня.
— Последний рывок, моя девочка, — призрачная рука богини коснулась слегка осунувшегося лица младшей принцессы. Имраэхиль почувствовала, как в нее вливаются дополнительные силы. — Ты должна убить их прежде, чем они достигнут Драконьего Очага.
— Да, моя Богиня, — послушно ответила принцесса.
— Вот и чудно, мое дитя, — улыбнулась Богиня. — Ты лучшее из того, что может представить твой народ. У тебя есть шанс, который выпадает раз во много тысяч лет — покончить с мерзостью в этом мире. Убей людей Практика, убей его самого, отомсти за свою сестру и брата…
— Да, моя Боги… — В тот момент, когда Аминасиваль оторвала руку от ее лица, грусть вновь вернулась в сердце молодой эльфийки. — Богиня…
— Что, дитя мое? — спросила та.
— Я в смятении, богиня, — призналась младшая принцесса.
— Что беспокоит тебя, мое дитя? — ласковым голосом поинтересовалась Богиня. Имраэхиль почувствовала укол совести за свою любознательность. Ведь она видела на призрачном лице, едва различимом на фоне пейзажа, что Богине все трудней и трудней дается пребывание в этом проклятом месте и защита своих подданных. — Не бойся, ты можешь рассказать мне все.
— Практик, моя Богиня. Он беспокоит меня.
— Не стоит переживать, дочь моя. Эта скверна на теле мира сильна лишь своими мерзкими единомышленниками. Избавишь Аурхейм от них — и он не будет сильнее обычных твоих врагов, — заверила Богиня.
— Да, скорее всего так, — неуверенно произнесла младшая принцесса. — Но… Ты сказала мне, что он в одиночку уничтожил охрану моей сестры и убил ее, сожрав ее душу.
— Да, моя дочь, так и было.
— И ведь тогда он был совершенно один. В Великом лесу, где все чужаки слабеют и умирают благодаря твоей защите. Лишь чистые духом могут оставаться там невредимыми.
— Верно. Я наложила эту защиту давным-давно, чтобы защитить моих детей от людского коварства и вторжения.
— А еще ты сказала, что он не представляет большой угрозы после того, как лишился своих сил в Великом Лесу.
— Да…
— Но если б не твое вмешательство, не думаю, что я смогла бы победить его в той крепости. Он был силен и беспощаден. Его могущество…
Богиня вновь коснулась ее своей дланью.
— Моя дорогая Имраэхиль, — голос Богини сочился добротой и заботой. — Я спасла тебя, потому что ты единственная из всего королевского рода, кто может противостоять ему на равных.
— Но, тогда почему мы преследуем его отряд, а не его самого? Ведь наверняка можно узнать где он сейчас находится.
— Магия Теней коварна и непредсказуема, — голос Богини стал строже. — Все темные силы помогают своему ставленнику. И лишь из-за этого он силен. Сейчас его спутники ослаблены, а он… Он набирается мощи, чтобы вернуть свое мрачное королевство и вновь пойти войной на мир живых и свободных разумных. Мы, светлые силы, должны остановить Практиков, последних демонических отродий. Как только мы это сделаем, то очистим этот мир от зла. Слава и доблесть нашего народа вновь воссияют над Аурхеймом. И Создатель вновь обратит на нас свое внимание, даруя свет своей любви и заботы…
— Да, моя Богиня…
Из глаз младшей принцессы лились хрустальные слезы.
Имраэхиль практически видела этот дивный новый мир, что воскреснет из мрака тысячелетий. Стоит лишь уничтожить скверну в Аурхейме, и царство эльфов вновь станет могущественным.
И больше не придется сражаться за выживание Великого Леса. Не придется бороться с немертвыми тварями, осадившими побережье. Не будет нужды переступать через гордость своего народа и заключать брачный союз с этими грязными животными, людьми…
Имраэхиль плакала, а призрачная рука ее Богини смахивала одну слезинку за другой.
— Все будет так, как запланировано, моя дорогое дитя, — пообещала Аминасифаль.
Запланировано… Этот план, как и все великое, родился из осколков других замыслов. Одураченные и обескровленные в результате Последней Войны лесные эльфы долгое время существовали на своем клочке суши под защитой Богини и Великого Леса.