Их гордость пострадала от смерти лучших представителей их народа. Но умнейшие эльфы древности поняли — чтобы вернуть свое, отомстить, следует понять как враг смог стать сильнее.
С помощью своих агентов и жадных до эльфийских сокровищ людишек они долгое время выманивали из Гиблых Земель древнее колдовское оружие, зачарованные доспехи, артефакты. Все это попадало в Великий Лес, где мудрейшие из мудрейших изучали сильные стороны их врагов.
Интриги и подкупы, запугивания и банальные убийства… Эльфы не стесняются средств, с помощью которых достигают своих целей. В отличие от большинства других рас они знают как правильно подать к столу месть.
И этот план продолжал бы воплощаться в жизнь, если б однажды Великий Лес не оказался поражен скверной. Немертвые чудовища, мощнейшие проклятья, неутомимые воины — они атаковали западную часть Великого Леса, начав с портов и прибрежных поселений.
У них не было цели завоевать эльфов — они твердо были намерены истребить лестной народ. Они все сопротивлялись достаточно долго, чтобы понять — если продолжать действовать так же, что победителями в этом сражении им не выйти.
И тогда ее дорогая матушка предложила план.
Эльфов слишком мало, чтобы противостоять нежити. Но если породниться с людьми… Использовать этих животных, плодящихся быстрее, чем зайцы, то можно использовать их в качестве «мясного щита» для сдерживания напасти. Одновременно, переселив эльфов подальше от мест сражений с немертвыми, правители лесного народа могли провести под носом у людей интервенцию в самое сердце их владений. А, когда, люди будут обессилены, то нужно всего лишь сделать то же, что и они во время Последней Войны.
Ударить в спину.
Согнать этих животных с их земель и отдать на растерзание немертвым, если они к тому времени еще останутся в Ауре. В крайнем случае, древняя магия в Михольде помогла бы усилить защитные чары на всем Востоке. И немертвые были бы обессилены и уничтожены…
А затем все пошло наперекосяк. Околдованный мыслью о том, что эльфийская принцесса может избавить его от любого недуга и принести ему здоровое дитя, Тридцатый Король возжелал породниться. Но темные силы, что контролировали проливающих эльфийскую кровь немертвых, вмешались.
Практики, стоящий за истреблением эльфийского народа, убил ее сестру. А, затем, сбежал в Восточную Провинцию.
Ее отец, славный Гилраэн отправил за ним лучших из лучших, в том числе и единственного принца. Но темные силы оказались слишком сильны.
И тогда королевская чета решила видоизменить свой план. Из Королевской обители донеслись тревожные вести о том, что Тридцатый король мертв. А на престол вскоре взойдет принц Воль де Мар, известный в прошлом своей нетерпимостью к свободе других рас, кроме людей. В королевстве людей начались брожения, которые не понравились Гилраэну. Он решил наблюдать за тем, что же все-таки происходит с людьми…
А затем, когда стало понятно, что принц людей намерен породниться с темными эльфами, все встало на свои места. Дроу, известные как последние сподвижники темных сил, демонической армии во время Последней войны, заклятые враги лесных эльфов, стремились расширить свою зону влияния. Случай им представился…
Лесные эльфы бы не прожили так долго, если бы не были готовы идти на вроде бы отчаянные, но на самом деле прекрасно просчитанные ходы. Захват Восточной Провинции, отделенной от остального Аурхейма непроходимыми горами, в принципе соответствовал планам эльфов. Пусть и не все Королевство Людей, но самую «вкусную» из его частей можно было бы захватить, выдав за Лорда Хоксенвильваарена последнюю оставшуюся у короля Гилраэна дочь.
Но для этого требовалось нарушить древнюю традицию и отозвать ее из Храма, где она обучалась таинству священной войны против темных сил. Многие ожидали, что это оскорбит Богиню.
Однако Аминасифаль лишь одобрила их план. И подсказала уловку, как следует поступить принцессе. Нет смысла соглашаться на брак сразу, если можно выторговать у будущего жениха право прохода эльфийских армий на территорию Восточного Королевства. Под благовидным предлогом королевской свадьбы и охоты за Практиком.
Благодаря этой охоте эльфы могли подробно изучить поле будущих сражений. Но в большей степени их интересовало как раз таки уничтожение Практика и его отряда предателей всего живого. Этого требовали долг и честь.
Вот только Имраэхиль все больше терзали смутные сомнения.
Несмотря на то, что ей всегда нравилось сражаться и убивать врагов эльфийского народа, она не могла отделаться от ощущения неправильности происходящего. Ее долгие годы учили, что эльфы-инфильтраторы должны уничтожать самые страшные угрозы для Лесного королевства. И логичнее было бы разыскать пропавшего Практика не силами десятка инфильтраторов, а с помощью всего отряда.