Сквозь сон он несколько раз слышал, как директор просил какого-то учителя присмотреть за ним, ведь самому ему нужно было удалиться по важному вопросу. Однако тот, судя по всему, отправился вести свое занятие, решив, что бессознательный юноша, лежащий в кладовке и находящийся в тяжелом состоянии уже второй день подряд, никуда не денется.
«По возвращению, нужно обязательно просветить его о своем нраве, – подумал Сэм, – Во сколько учитель ушел, я не знаю, но плюс-минус пару часов у меня точно есть в запасе».
Убедившись, что директора и вправду нет, юноша свободно открыл дверь и еле доковылял до выхода, хватаясь рукой за любую потенциальную опору. Улица встретила его разгаром солнечного, но невероятного холодного дня. Сэм прищурил глаза от непривычно яркого света и поежился в своей двойной одежде, но все же не стал терять времени. Он быстро прошмыгнул за здание Хранилища.
На дорогу Сэм потратил вдвое больше, чем тогда, когда его провожала сюда Мелисса, ведь сейчас он хромал и его периодически скручивало от боли. Выпитые им таблетки подействовали ровно настолько, чтобы давать небольшие пятиминутные передышки перед приступами и не позволять свалиться лицом в землю. В таком состоянии ему совершенно никуда не хотелось идти, но существо из сна дало недвусмысленный намек, что иначе юноша погибнет. Он и сам уже хотел раз и навсегда покончить со всем этим и был готов даже войти в тот чертов лес, если это потребуется.
Так он и сделал, оказавшись на том же месте, где в прошлый раз замешкался в принятием решения. Только на этот раз, он выбрал другую дорогу – ту, что углублялась в жуткий крючковатый лес, а не вела назад к Хранилищу. Минуя покрытые туманом бревна и безжизненные сухари, считающиеся здесь деревьями, он вышел к той самой заброшенной деревне, очертания которой были заметны еще издали.
«Ну и что интересного я должен здесь найти? – задался он вопросом, – В этой деревне у черта на куличках уже давно нет абсолютно никого и ничего живого!»
Сэм поочередно заглядывал в каждый домик, но все они были одинаковыми и пустыми внутри. Должно быть, все ценные вещи давно забрали бродяги.
Когда Сэм уже полностью отчаялся что-либо здесь найти, среди прогнивших и заросших плющом построек его внимание привлекло не менее старое и опустевшее строение. Им явился большой двухэтажный деревянный дом, стены которого едва уцелели после непонятной катастрофы, оставившей в его стенах дыры и полностью разрушившей обветшалую крышу. Многие доски навалились на фундамент всем своим весом, их покрывал пепел и выгоревшие ткани. Там однозначно что-то случилось, но этот на счет у Сэма не было ни единого предположения.
Внешний вид старого дома совершенно не привлекал юношу, но выбора у него не оставалось. Он оставил страх далеко позади: у самого входа в этот лес. Выпрямив спину, он по возможности ровным шагом направился к зияющему чернотой проходу в дом, уверившись, что найдет там ответы на свои вопросы и подберет ключ к безболезненному обращению.
Вблизи дом выглядел еще страшнее, чем снаружи. Вездесущий плющ облепил его стены, словно вторая кожа, а сквозь разбитые стекла наружу выглядывали ветки выросших внутри деревьев. Создавалось ощущение, словно сама природа всеми четырьмя своими стихиями бросала вызов этому строению. Только вот оно сдаваться не собиралось и вело упорную борьбу за выживание.
Сэм, прихрамывая, поднялся по крыльцу, от которого остались лишь гниющие доски с раскрошившейся плиткой, и застыл перед входом. Зияющий темнотой проход не имел дверей, внутри веяло холодом и мраком. Он тут же почувствовал запах сырости, сгнившей ткани и смердящих болот. Этот дом выглядел разрушенным, одиноким и брошенным. На него всем было плевать, один лишь Сэм с манией собирать неприятности стоял сейчас перед его порогом.
Юноша почти поверил в эту грустную историю, но затем включил голову и заранее отругал себя за наивность. Заболоченная местность была влажной, а воздух сырым и резким, из-за чего пыли не было как на крыльце, так и внутри здания. Определить, как долго дом пустует было невозможно по причине отсутствия следов. Однако поросшее травой крыльцо было все в глинистых разводах, словно по нему нередко тащили что-то мокрое и грязное.
К тому же нельзя исключать того факта, что будь это здание давно заброшенным и никому не нужным, Сэм не стоял бы сейчас перед ним, застряв между человеческим и магическим этапом перехода и не вдыхал бы затхлые ароматы гниющей древесины. На деле дом оказался не так-то прост, как казалось на первый взгляд.