– Может быть уже слишком поздно, – предположила Мелисса, – Если статую успели заметить в клане земли, мы уже ничего не сможем сделать. Обнаружение ее в целости, но без преступника также ни к чему не приведет, мы уже никогда не найдем вора.
– Время не ждет, – кивнул директор, – Отправляемся сейчас же!
Глава 10
На войне как на войне
– Ты уверена, что мы идем правильно?
Сэм с сомнением посмотрел на девушку, шагающую рядом с ним по выложенной гравием тропе.
– Я знаю единственное место, в котором Нефритовый Лев может стать яблоком раздора, – сказала Мэй, – Для клана огня нет ничего оскорбительнее, чем обнаружить свою заслуженную награду именно там.
Куда именно они идут, Сэм не догадывался. Он просто следовал за девушкой, потому что она его наставник и потому что директор посчитал ее догадку касаемо местонахождения статуи верной. Сам юноша полагал, что логичнее всего было бы подкинуть статую льва в додзе клана земли, но остальные его мнения явно не разделяли. В таком случае, Сэм решил довериться магам, которые едва ли не в пятьдесят раз старше него.
К тому же, несмотря на общую уверенность и доверие директора, Сэм начинал нервничать. Как-никак ответственность за выполнение задания лежала также и на его плечах. Пока директор вдвоем с Мелиссой отправились исследовать додзе клана огня на предмет дополнительных следов, им с Мэй предстояло выполнить основную работу. А именно: поймать преступника, изъять у него статую и довести злоумышленника до директора Форреста лично. Желательно было сделать все это максимально незаметно, дабы никто и лагеря не догадался о краже статуи.
Задача на двоих магов, один из которых несовершеннолетний даже по меркам людей казалась Сэму чересчур сложной, но он не позволял себе расслабиться, вспомнив то, зачем вообще решил бороться. Юноша крепко решил, что должен продолжить дело родителей. Только в этом случае он сможет почувствовать себя цельным и единым с ними. Но для этого еще нужно было сильно постараться.
Не давала покоя еще одна мысль. Мысль о том, что в лагере есть предатель. Сэм уже всю голову сломал, размышляя о том, что же это за маг. Вдруг юноша знаком с ним лично? Вдруг он дружит и близко общается с ним, возможно, даже доверяет ему? Подобные размышления участились и не давали ему покоя, появляясь всякий раз, стоило вспомнить завешенное черным полотном додзе. Интересно, только ли он заметил, что кражу статуи пытался скрыть не только директор Форрест?
– На счет этого предателя… – аккуратно начал Сэм, – Это ведь не может быть Джеральд?
Мэй резко мотнула головой.
– Нет, – отрезала она, – Он не свяжется с черной магией. Никогда. На то есть свои причины.
Уверенность, с которой Джеральд был оправдан не оставляла у юноши сомнений. Однако Сэму все еще не давало покоя то непроницаемое полотно. Может быть, Джеральд действительно завешал додзе из добрых побуждений, чтобы пропажу не успели заметить? Или же его попросил об этом сам директор. Поразившись собственной глупости, Сэм сглотнул неприятный комок в горле. За свои подозрения ему мгновенно стало стыдно.
– Да, я не должен был его обвинять, – согласился Сэм, – Просто его поведение в последние несколько дней настораживает.
Мэй понимающе кивнула.
– Близится годовщина, – она закусила нижнюю губу, – От этого все сейчас, как на иголках. Нет ничего удивительного в подобном поведении с его стороны.
– Годовщина чего? – не понял Сэм.
– Войны с Юлием, – пояснила Мэй, – Он действовал на протяжении сотен лет и успел сделать столько всего отвратительного, что ввели общепринятую дату – годовщину. В этот день всем положено радоваться обретению свободы и победе над ним. Однако некоторым в этот день не до радости. Джеральд входит в их число.
Сэм кивнул и вздохнул с облегчением. Больше подозрений у него не возникало.
– Теперь понятно, почему он такой заведенный.
Мэй коротко кивнула и нахмурилась. Тропинка, не увеличиваясь в размерах, заводила их в какие-то заросли. Гравий под ногами создавал слишком много шума, отчего Сэм занервничал. Если где-то поблизости и был вор, то он явно уже услышал их. Однако вселенная ответила мольбам юноши практически сразу же.
В сотне ярдов впереди дорога обрывалась каменным строением, выглядевшим абсолютно неординарно. Невысокое здание из серого камня перекрывало грунтовую дорогу, и было со всех сторон защищено зарослями диких розарий. Вход венчался двумя громадными колоннами из белого мрамора, перед которыми с распростертыми руками стояли изваянные из слоновой кости статуи женщин в древнеримских передниках с мисками фруктов в руках.