Хватит!
Он должен прекратить пытаться понять это, или это случится снова! Схватив полотенце с тумбочки, вытер свою плоть и убрал его назад в не очень мягкие кожаные брюки. Возможно, это ослабит его страсть. Но не тут то было! Он по-прежнему был возбужден, пока перед ним была Рианнон.
В нем снова проснулся гнев, на богов, поскольку он думал, что они наслаждались его наказанием; на себя, на вину, потому что омерзительное проклятие всегда давало о себе знать; и, во-первых, на Рианнон, потому что она нарушила их договор! Он сходил с ума. Он должен разбудить ее, и когда она задвигалась, он позвал ее, но едва узнал свой собственный голос.
— Рианнон! — проскрипел он сквозь сжатые зубы. — Проснитесь! Мы должны поговорить.
С начала она проснулась, затем покачнулась и прикрыла свою обнаженную грудь. Ошеломленная, она искала его сонным взглядом. На мгновение, он решил, что увидел в них страх, который хвала богам прошел. Возможно он, был направлен на кого-нибудь другого, а не на него.
Он выхватил стеклянный медальон из внутреннего кармана кожаных брюк и стал махать им.
— Что это? — злился он. — Где вы нашли это — когда? — Отвечайте мне, Рианнон.
Она побледнела, словно призрак на его глазах, и сердце глухо забилось в его груди. Она была за пределами пещеры. А он то надеялся, что она нашла его в какой-нибудь незаметной щели, которую он пропустил в пещере, боги давно взорвали его сторожевую башню и рассеяли развалины на многие мили во всех направлениях. Это погубило всю листву, вереск, деревья, существ, траву, которые росли тогда, посеяв смерть в этом месте, и дали ему имя Остров Тьмы.
— Вы выходили из пещеры? — проговорил он, пока она молчала.
— Совсем не надолго — бормотала она. — Был такой чудесный день, я была осторожна. Вы волновались, что я причиню себе вред, но я смогла увидеть ловушки, и — Вы нарушили правила! — перебил он ее. — Мы заключили сделку. Я сказал Вам, что у меня есть причины для моих условий!
— Но Вы не назвали эти причины, Гидеон. — Ваши «правила» не имеют никакого смысла.
— Предполагалось, чтобы в них не искали смысл. А просто соблюдали. Здесь есть ловушки опасные для нас двоих. Это проклятое место было моим домом целую вечность. Наверное, я знаю, где здесь есть опасность. Я доверял вам, поэтому заключил сделку!
Рианнон спустила ноги с кровати, и встала перед ним, едва не столкнувшись.
— Почему вы только сейчас решили наказать меня? — спросила она его. — Я думала, что вы сделаете это в туже минуту, как только вы вернулись. — Почему меня будят среди ночи сейчас, только для того чтобы узнать об этом?
— Я не знал об этом до этого! — сказал он, снова размахивая стеклянным медальоном.
— Что вы подразумеваете, под тем, что вы не знали об этом? Вы видели меня там. Я знаю, что это были вы. Не возможно, чтобы вы не заметили меня на открытом месте.
— Видел вас? О чем Вы говорите? — спросил он ее, приводя в замешательство.
— Я возвращалась из руин, где нашла эту безделушку. Эту — симпатичную вещь, и я не видела никого вреда в хранении этого … на память об этом месте … и Вас …
— Продолжайте — бормотал он, голосом словно гравий.
— Возвращаясь с холма, я видела, что вы кружились наверху, очень высоко в облаках. На мгновение, я подумала, что вы собирались напасть и отругать меня прямо там, но вместо этого вы улетели прочь, и я сразу вернулась сюда …
— О, боги! Вы даже не знаете то, что вы наделали! — прогремел он. Его крылья полностью раскрылись, поскольку они всегда так делали, когда он был в любой форме страсти. Теперь же его переполняла злость, он шагнул к ней, сжав пальцы в кулаки.
— Вы глупый, глупый ребенок! — простонал он. — Это был не я!
— Что вы говорите? — она пронзительно взвизгнула, подкладывая внизу платформы что-нибудь мягкое. — Конечно, это были вы. Нет никого другого «павшего» на этом острове. Вы мне сами об этом сказали! Возможно, вы не видели меня, в конце концов, но я то знаю, что я видела, и это были вы!
— Я вообще не должен был доверять вам! — проговорил он. — Я должен был сказать вам, но я не хотел пугать вас, а теперь вы прокляли нас двоих!
Ее глаза были дики и широко раскрыты в его сторону. Его слова отразились от сводчатого потолка, и перезванивались в его ушах, как эхо. Он не хотел пугать ее, но напугал. Она встала и испугано уставилась на него, словно застывший зверек, пойманный в прицел охотника.