Из-за стоявших близко домов, было довольно тесно, лунный свет сюда не проникал. Я мог без проблем видеть во тьме из-за своей природы, остальным было сложнее. Возможно по этой причине, наёмник и двигался настолько медленно. Боялся споткнуться о многочисленные булыжники, хрустящие под ногами. Триша к слову, навернулась бы, не схватись за меня заранее.
Оказалось, тут было несколько ответвлений, своеобразный лабиринт, по которому мы двигались чуть менее получаса, пока наконец-то не достигли нужного места.
В какой-то момент наш проводник остановился у совершенно обычного дома, между которыми мы всё время и гуляли. Он постучал в дверь чёрного хода и стал ждать. Прошло несколько секунд, как с той стороны послышались шаги, после чего раздался щелчок, и дверь отворилась вовнутрь.
— Вы долго. — заметил Брин, вместо приветствия. Наёмник располагался на кресле в компании ещё двух мордоворотов из своей банды. Всех его людей освободили, после того как разделались с бандитами.
— Ты всё подготовил? — спросил я у своего главного подручного.
Брин уже поднялся с насиженного места и предложил следовать за ним. Впрочем, на этот раз далеко идти нужды не было. Мы прошли в соседнюю комнату, в которой наёмник отбросил расстеленный на полу медвежий ковёр, и нашим глазам предстала потайная дверца, которая вела вниз.
Мы спустились по лестнице, после чего я наконец-то смог оценить работу наёмников.
Дверца захлопнулась, но я об этом не волновался. Вряд ли Брин и его головорезы проделали всё это ради того, чтобы меня здесь убить. Уж они-то прекрасно знают, насколько чревато бросать мне вызов.
— Лекс, что это? — спросила Триша.
Благодаря горящим на стенах факелам, с освещением проблем не было. Нашему взору предстала железная клетка, в которой были заперты люди. Я насчитал двадцать три человека, около половины ранее принадлежало к нелояльным Мэтру криминальным группировкам, остальных наёмники Брина похитили с улиц.
Я прошёлся вокруг клетки с пленниками, оценивая доступное пространство. Не знаю, для чего ранее использовалось это помещение, но для моих целей было как раз.
— Пора тебе познакомиться с искусством демонологии. — наконец-то ответил я ожидающе наблюдавшей за мной девушке.
— Кто вы? — вдруг спросил один из сидевших в клетке мужчин. Остальные тоже опасливо поглядывали в мою сторону, но говорить пока что не решались. — Что вы собираетесь с нами делать?
Я проигнорировал лепет будущих жертв. Никакого смысла вести с ними разговоров нет, всё равно вскоре все погибнут. Вместо этого, я достал из кармана сверток с заранее заготовленными предметами для предстоящего ритуала и, раскрыв его, разложил всё перед клеткой.
— Возьми мел и приступай к начертанию пентаграммы.
Девушка секунду помедлив, всё-таки оторвала взгляд от клетки с испуганными людьми, после чего подобрала мел и листок с рисунком моего авторства. Сам же я расположился на стоящем в углу стуле и стал наблюдать за её действиями. Хорошо, когда у тебя есть ассистент, надоело ползать каждый раз по грязному полу.
Начертание огромной пентаграммы, заняло у Тришы около получаса. Внутри фигуры были вписаны многочисленные сигилы, сама клетка оказалась прямо в центре, окружённая многочисленными линиями.
Когда девушка уже заканчивала первый этап подготовки, я подобрал со свёртка флягу с маслом и стал поливать ей рисунок. Лёгкое волевое воздействие и пентаграмма зловеще вспыхнула, обдав жаром. Клетка затряслась, на этот раз сидевшие внутри не стали сдерживать криков. Они были в ужасе.
Я следил за настроением Трише, ожидая какого-нибудь протеста, но на удивление девушка была невозмутима. Хотя нет, с каждой секундой происходящее всё сильнее её возбуждало. Впрочем, жалость к этим преступникам и у простого человека бы вряд ли взыграла. В этом мире пока не слышали о гуманизме.
В глазах Триши отражались зловещие огоньки, губы едва заметно искажались в улыбке. Нарастающий страх десятков людей, бивший волнами из клетки для таких как я или она — служил дармовой энергией, подпитывая нас.
Я воздел руки в направлении жалобно скулящих убийц, воров и насильников, прокручивая в памяти слова на латыни. Заклинание было довольно длинным, придётся постараться, чтобы не оплошать.
Когда с губ слетели первые слова, огонь вспыхнул ещё сильнее. Кто-то из жертв в ужасе отпрянул от прутьев, кто-то закричал ещё громче. Я решил не связывать их и не лишил возможности подать голос. Не то чтобы в этом был какой-то смысл, просто проверял, смогу ли закончить начатое не сбив концентрацию.