– Скоро буду, оставайтесь на месте и постарайтесь не умереть – я нервно хмыкнул.
– Уж в этом, можешь не сомневаться.
– И чтоб ты знал: ведьм, колдунов и прочую нечисть, не отпевают в церкви, их сжигают.
В трубке раздались короткие гудки, я убрал телефон обратно в карман и взглянул на своих друзей. Семён открывал и закрывал рот, словно рыба на суше, ведьма побледнела как мел.
– Так, живо взяли себя в руки и привели мысли в порядок, чего раскисли? Рано или поздно это должно было произойти, не к этому ли мы готовились все последнее время – ведьма встряхнулась.
– Готовится это одно, у меня до сих пор мурашки по спине бегают размером с кулак, от воспоминаний о той крыше.
– Не все так плохо, один мой знакомый священник, скоро будет здесь, осталось подождать всего минут тридцать – про себя заметил – Или сорок, а может час.
Однако, это не единственная наша проблема, думаю, бойцы снаружи вряд ли будут просто смотреть, на нашу битву с «Тонким». А учитывая тот факт, что я угробил одного из серебряников, этот самый Андерсон, совсем не испытывает к моей персоне теплых чувств, больше того, при виде меня он, скорее всего, первый попытается внедрить в мою тушку несколько металлических инородных тел.
– Времени все меньше и меньше, единственное что нам остается, это принять бой и попытаться продать жизнь как можно дороже. А пока есть немного времени, предлагаю подготовить теплый прием для «дорогих» гостей. Семён, думаю та хренотень, что подорвалась у меня в приемной, здесь будет весьма к месту.
Следак встрепенулся, скинул свой вещмешок с набором «юного ведьмака» на землю и принялся что-то искать. Ведьма на минуту задумалась, после чего достала мел и какие-то порошки с травами.
– По мере сил и возможностей тоже попытаюсь внести свою лепту в общее дело.
С этими словами она развернулась и спешно направилась к входу в цех. Я улыбнулся, хорошо, что удалось немного растормошить своих друзей, заставить на время забыть свои страхи. Нет ничего лучше работы, для того чтобы задвинуть в самые темные глубины подсознания свои чувства и мысли. Конечно, эти ловушки, что они сейчас спешно возводят, жнецу – что слону дробина, но лучше уж так, чем просто стоять в оцепенении, являя собой образчик лёгкой добычи. Их ужас вполне понятен, нет ничего страшнее, чем неизвестность, а смерть для пусть и не очень обычных смертных, это всегда тайна покрытая мраком. Я поймал себя на мысли, что тоже довольно сильно боюсь, хотя казалось бы уж кому-кому, а мне точно не стоит трястись, как осиновому листку. Проиграв, само собой, я потеряю эту жизнь, это тело, каких никаких близких, это конечно неприятно, но в моем случае не смертельно. Ну, попадет моя душа обратно в пекло, что с того? На меня насядут Лорды с требованием выдать способ как покинуть преисподнюю. Не страшно, в этом особого секрета нет, я могу в красках описать весь ритуал, только вот повторить его они вряд ли смогут, нож был уничтожен, а второго такого попросту нет. Так что по большому счету, все вернётся на круги своя, я забьюсь обратно в свой домен, продолжу мучить души грешников и довольствоваться ролью самого слабосильного демонского Лорда, этакого: «Старшего помощника седьмого зама, со стороны правой руки главного уборщика Ада». Только вот есть одно но очень веское «Но», мне понравилось жить, я даже готов отдать свою бессмертную сущность в обмен на одну человеческую жизнь. Даже до войны демонов и ангелов, я не чувствовал себя настолько свободным. Людям даровано поистине бесценное сокровище, а именно свобода. Человек не ощущает Божественного присутствия и что важнее, не страдает от его же отсутствия. Я снова поймал себя на мысли, что люблю жить, пусть это будет жизнь по чьему-то плану, но я буду цепляться за неё до последнего вздоха. По сути, за все свои три тысячи лет, это единственное, что хоть чего-то стоит. Я не тешил себя иллюзиями, что смогу как-то обелить свою душу, слишком много жуткого я наворотил в прошлом. Мне просто хотелось жить, и чувствовать себя обычным человеком, не скованным никакими законами создателя кроме, само собой – смерти, но встретится с костлявой хотелось бы намного позже.
Пока Семён и Айран расчерчивали серый бетон пола замысловатыми знаками и рунами, при этом что-то бормоча себе под нос, я проверил свое нехитрое вооружение. Нож свободно ходит в ножнах на поясе, револьвер готов к работе, в этот раз я зарядил туда ослабляющие пули, пусть хоть и не намного, но они доставят нашему противнику некоторые неудобства. Все остальное снаряжение, что распихано по карманам моей куртки, не стоит и вспоминать вовсе, просто потому, что против «Тонкого», это вообще не танцует.