Лия, чувствуя лёгкое напряжение Константина, осторожно взяла его за руку, словно говоря, что он не один. Он бросил на неё благодарный взгляд, и эта короткая, но тёплая улыбка на мгновение согрела его в окружении чужих, пусть и величавых, лиц.
Весь вечер в комнате царила тонкая игра — слов, взглядов и жестов. Гости, словно пешки и фигуры на шахматной доске, продумывали свои ходы, а Константин и Лия всё больше ощущали, что их приглашение сюда было далеко не простым.
Двери в гостевую комнату открылись с мягким, но внушительным скрипом, и в проёме появился градоначальник. Он двигался с уверенностью и лёгкостью, которая присуща людям, привыкшим к власти. Мужчина средних лет, с аккуратно подстриженной бородой и проницательными тёмными глазами, был одет в богато украшенный кафтан тёмно-синего цвета, вышитый золотыми узорами. На его груди сверкал знак города — массивный медальон с гербом Вифлеема, символ его власти и статуса.
Его голос, глубокий и бархатистый, разнёсся по комнате:
— Добро пожаловать, дорогие гости. Я рад видеть вас здесь, в моём доме. Прошу вас, пройдёмте в парадный зал, где мы сможем продолжить наш вечер в ещё более изысканной атмосфере.
Гости, как по команде, начали двигаться к выходу, и городоначальник повернул голову в сторону Константина и Лии. Его улыбка стала шире, а взгляд — более внимательным. Подойдя к ним, он слегка наклонил голову, словно выражая особое уважение.
— Элиэзер, Лия, — начал он, его голос звучал тепло, но с ноткой любопытства, — я давно хотел лично познакомиться с вами. Ваши труды вызывают искреннее восхищение. В Вифлееме уже многие говорят о вашем искусстве врачевания. Особенно о тех случаях, которые казались безнадёжными.
Константин кивнул, отвечая сдержанно, но вежливо:
— Благодарю за ваши слова, господин градоначальник. Я просто делаю то, что могу, чтобы помочь тем, кто в этом нуждается.
— И делаете это с выдающимся мастерством, — градоначальник слегка прищурился, словно пытаясь проникнуть вглубь его души. — Умение спасать жизни — это редкий и ценный дар, который всегда вызывает уважение.
Лия, чувствуя лёгкое напряжение в голосе Константина, мягко улыбнулась и добавила:
— Нам приятно слышать, что наша работа не остаётся незамеченной, господин.
Градоначальник ответил ей тёплой улыбкой, которая, тем не менее, не скрывала его остроумия.
— Не только замеченной, но и глубоко уважаемой, сударыня. Надеюсь, этот вечер будет для вас приятным, — сказал он, жестом приглашая их следовать за ним.
Пара, словно чувствуя, что за этим комплиментом скрывается что-то большее, вежливо поблагодарила и направилась в парадный зал вместе с остальными гостями.
Парадный зал оказался величественным и роскошным, с высокими потолками, украшенными искусной лепниной. На потолке красовалась огромная люстра, сверкающая тысячами хрустальных граней. Стены зала были отделаны белым мрамором с золотыми вставками, а вдоль них стояли высокие вазы с цветами и изысканные скульптуры.
В центре зала длинные столы были уставлены яствами, которые могли поразить воображение даже самого требовательного гурмана: фаршированные птицы, свежие фрукты, диковинные десерты и редкие напитки, привезённые издалека. Повара явно не скупились, стремясь показать всё великолепие гостеприимства градоначальника.
На небольшом возвышении играли музыканты, исполняя лёгкую и мелодичную музыку. Некоторые из гостей уже начали танцевать, а остальные вели беседы в небольших группах. Зал наполнился оживлённым гулом, смехом и мелодией бокалов, которые звенели, когда кто-то поднимал тост.
Градоначальник лично подвёл Константина и Лию к нескольким влиятельным гостям, представляя их.
— Это господин Элиезэр и его супруга Лия, — начал он с лёгкой улыбкой. — Удивительные люди, которые принесли в наш город не только здоровье, но и надежду.
Некоторые из пациентов Константина, присутствующие на приёме, поднимали бокалы в его честь, искренне приветствуя.
— Это он спас мне руку, — сказал один из них с улыбкой. — Если бы не он, я бы давно потерял способность работать.
— А мне он вернул жизнь, — вставила другая женщина, чьё лицо сияло благодарностью.
Некоторые из гостей, услышав подобные речи, с интересом расспрашивали Константина о его методах. Однако он отвечал лишь обтекаемо, стараясь не раскрывать лишнего. Лия, чувствуя его осторожность, помогала переводить разговоры в более лёгкое русло, рассказывая забавные истории или деликатно шутя.