— Благодарю вас, Ханум. Пусть это станет началом не только спасения города, но и новых отношений между людьми.
С этими словами он шагнул за порог, а Нахум остался стоять у дверей, глядя ему вслед, пока фигура Кости не скрылась за поворотом.
Экипаж ждал у ворот, как и было велено. Улицы Вифлеема уже начинали пробуждаться, но пока оставались безлюдными и тихими. Воздух наполнился свежестью, а небо окрасилось в нежные розовые и оранжевые тона.
Костя, или Элиэзер, как его здесь звали, сел в экипаж, не сказав ни слова. Он опустил голову на спинку сиденья, чувствуя, как усталость сковывает всё его тело. Лошадь тронулась с места, медленно прибавляя шаг. Колёса гулко стучали по мостовой, разбивая тишину раннего утра.
По дороге домой он смотрел в окно. Город оживал: где-то вдали уже раздавались голоса торговцев, готовящихся к дневной суете. Но его сознание было сосредоточено на другом. Слова молитвы, таинственные события минувшей ночи и осознание грядущей ответственности — всё это кружилось в голове, как вихрь.
Скоро экипаж свернул на узкую улочку, ведущую к его дому. Свет лился из окон соседних домов, и знакомые стены казались почти родными. На душе стало чуть легче.
Дом встретил его тишиной и теплом. Лия, должно быть, ещё спала, укрывшись заботой Ханны. Он постарался войти как можно тише, чтобы не разбудить их, и поднялся наверх, где в спальне его ждали покой и короткий отдых перед новым днём, который уже нёс свои испытания.
Лия тихо постучалась в дверь спальни, её тонкие пальцы осторожно прижались к дереву, словно боясь потревожить мужа. В руках она держала поднос с чаем и хрустящими печеньями, аромат которых наполнял утренний воздух теплом и уютом.
– Элиэзер, ты не спишь? – её голос был наполнен нежностью.
Костя, едва успевший задремать после бессонной ночи, поднял голову и улыбнулся. Его глаза, хоть и уставшие, засветились теплом при виде Лии.
– Входи, Лия, – произнёс он мягко.
Она прошла в комнату, уже весьма округлившийся живот был довольно заметен под лёгким халатом. Лия поставила поднос на столик рядом с кроватью, а сама устроилась рядом с Костей, с любопытством и заботой заглядывая ему в глаза.
– Ты выглядишь таким усталым… Что-то случилось? – она слегка наклонилась к нему, её пальцы нежно коснулись его руки.
Костя вздохнул, на мгновение задумавшись, как много он мог бы ей рассказать, но не хотел нагружать её мыслями о предстоящей опасности.
– Всё хорошо, Лия. Было просто много дел. Нахум поручил мне важное задание, и мы долго обсуждали его.
Лия нахмурилась, но не стала настаивать, лишь подала ему чашку чая.
– Ты так много берёшь на себя, Элиэзер… Пожалуйста, будь осторожен. Ты нужен нам.
Её голос, полный любви и беспокойства, заставил Костю отложить чашку и взглянуть ей в глаза. Он заметил, как она сжимала свои руки на животе, словно защищая пока ещё нерождённого ребёнка. Её любовь и волнение за него были очевидны.
– Лия, ты знаешь, я всегда стараюсь быть осторожным, – сказал он, беря её руку в свою. – Но сейчас есть вещи, которые требуют моего внимания. Я не смогу долго оставаться дома. Слишком многое зависит от этого.
Лия с пониманием кивнула, хотя её глаза слегка увлажнились.
– Я понимаю. Но если бы ты только мог… – она замялась, а потом тихо добавила: – Береги себя, Элиэзер.
Костя притянул её к себе и поцеловал в лоб.
– Ты для меня самое важное, Лия. Я сделаю всё, чтобы защитить нас и наш дом.
Внизу уже ждал экипаж, принадлежавший ранее главному лекарю. Роскошная карета, украшенная серебряными узорами, стояла рядом с другой, предназначенной для охраны. Утренние лучи солнца отражались в её лакированной поверхности, создавая ощущение важности и силы.
Костя поправил плащ, ещё раз обернулся к Лии и улыбнулся.
– Я вернусь, Лия. И всё будет хорошо.
Она стояла на пороге, смотрела ему вслед и чувствовала, как её сердце наполняется гордостью и тревогой одновременно
Лия, оставаясь дома, взяла на себя привычные утренние обязанности. После ухода Кости она проводила взглядом экипаж, который скрылся за поворотом, и глубоко вздохнула. Её животик, едва заметный под лёгким платьем, напомнил ей о новой жизни, которую она носит в себе.
Она направилась на кухню, где Ханна уже хлопотала у плиты, готовя завтрак для детей. Дом наполнился запахом свежего хлеба и травяного чая.
– Лия, милая, ты сегодня особенно светишься, – заметила Ханна, оборачиваясь. Её руки, испачканные мукой, с нежностью отряхивали фартук.
– Спасибо, Ханна, – улыбнулась Лия. – Ты уже всё успела?