— Догнал… — донёсся до меня рык, который вдруг сменился треском и шелестом.
Я не успела перевести дыхание, как земля под нашими ногами вдруг вздрогнула и резко провалилась.
34 Валт
Секунду назад я наслаждался тем удивлением и возмущением, возникшем на лице Аесты, а теперь сам едва борол ужас. Земля уходила из — под ног, и мы проваливались в какую — то глубокую, полную корней и камней, яму. Девушка вскрикнула, и прижав её к себе, я рефлекторно подставил спину, уже предвкушая боль.
Мне показалось, что секунды вдруг растянулись на минуты. Мы падали во тьму, а я прижимал к себе сбежавшую ведьму. И вместо того, что бы отчаянно вырываться, как несколько минут назад, она сама жалась ко мне, хватаясь за куртку. В другой момент я бы и насладился этим, но резкая боль заставила задохнуться и закрыть глаза.
Болело всё — затылок, руки, ноги, но больше всего — спина, на которую я принял основной удар. Каждый сиплый вдох и выдох отзывались такой болью, что я не мог нормально дышать. Кажется, у меня были сломаны рёбра. Что бы восстановиться, придётся ждать. И ждать очень, очень долго — возможно, до завтрашнего дня. А за это время местный патруль сможет выследить Оюна — он слишком выделяется на фоне зелени.
Аеста вдруг вскинула голову. Я не мог видеть её лицо, сквозь веки различая тусклый свет, который лился сверху. Однако лёгкость, когда она поднялась с меня, ощутил. Дышать стало чуть легче, но вряд ли бы я смог сейчас остановить её. Язык не слушался, и даже стона не получалось выдавить.
Послышались быстрые, удаляющиеся шаги, и я тяжело выдохнул. Конечно, этого стоило ожидать. После всего, что между нами было, Аеста вправе оставить меня и уйти. Это будет равноценный «обмен» после всего случившегося.
Я не знаю, сколько так пролежал, вдыхая аромат сырой земли. По крайне мере, за эти часы мне стало чуточку легче. Теперь я мог застонать, а так же позвать на помощь Оюна. Правда, ему тоже досталось, но если он доберётся досюда и спустит свой хвост, я буду ему крайне признателен. Вот только если эта пещера обитаема, то мне вряд ли дожить до прихода Оюна.
Я вдохнул как можно больше, и резкая боль пронзила грудь. Я зашипел сквозь сдавленные зубы, и вдруг различил осторожные шаги. Приоткрыв глаза, я мазнул взглядом темноту, разбирая громадных размеров пещеру и тёмные зёвы туннелей. Из одного, держа в руках тот самый кинжал с красным отливом, ко мне подходила Аеста. Её глаза походили на две бездонные пропасти, и смотря в них, я боялся потеряться. Не стоило гадать, что она задумала сделать.
— Зачем полетел следом? — услышал я холодный голос, и девушка замерла в метре от меня. Свет падал на её порванное платье, на покрасневшие от веток ладони, на лицо, которое обрамляли спутанные красные волосы. Даже сейчас в таком виде она была хозяйкой положения, и я вынужден был подчиняться ей. — Боялся, что твой отец обозлится? Что кто — то узнает и тебе же придётся отвечать за это?
Во рту пересохло. В каком — то роде то, что она только что сказала, и было правдой. Но я почему — то чувствовал, что это была лишь часть этой самой правды.
— Я приходил… каждый день к твоей двери… — с силой прошептал я, выдавливая из себя слова. Что бы их услышать, Аеста подошла ближе, наклонив голову и с прищуром смотря на меня. — Не по своей прихоти… из — за Ионы… и Оюна… и этого Вейлина… но ты не отвечала…
— Я сбежала ночью того дня, — сухо оборвала меня девушка, вскинув бровь. — Тебе самому не приятен этот брак. Жениться на Ничтожной — самое страшное наказание, которое только могли для тебя придумать. Уйди я, вряд ли бы меня стали так тщательно разыскивать. Тебе бы подобрали новую женщину, как и до меня. Так зачем преследовал?
— Боялся… за свою шкуру, — всё же смог усмехнуться я, поморщившись от резкой боли в боку. — Это же… Соглашение… не уберегу тебя — не смогу взять в жёны другую женщину…
— А так словно сможешь, — презрительно фыркнула Аеста, присев напротив.
Я ощутил, как холодное лезвие кинжала коснулось кожи на моей шее, однако даже не вздрогнул.
Девушка подалась вперёд, нависнув надо мной. Я тут же словил её тёплое дыхание на своём лице и необычайно мягкие волосы, щекотавшие щёки и шею. Так и хотелось коснуться их, но пальцы только вздрогнули.
Я впервые был такой лёгкой мишенью. Ни сил, что бы даже поднять руку и уберечь себя от верной смерти. Если не при помощи своих чар Аеста убьёт меня, то точно при помощи оружия.