Лораин никак не отреагировала. Ее глаза по-прежнему светились материнской любовью, а улыбка выражала радость быть рядом с дочерью. Иринел сказала:
— Твоя мать не станет радоваться его смерти, Адеир. Феи не рады гибели любого смертного, какое бы зло он ни причинил. Если твой Избранный мертв, тогда единственное, что тебя удерживает в мире — сын. Ты сможешь решить, как долго ты пробудешь с ним, прежде чем вернуться к нам.
— Где я сейчас?
— На Рубеже. Это место, где истончается грань между смертным миром и тонким пространством. Отсюда Элезеум может принять тебя. И сюда он отправляет тех, кто принимает решение выйти в мир.
— То есть здесь находится портал?!
— Здесь находится Рубеж, Адеир. Портала не существует. Есть грань, которую можно пересечь.
— Кэрдан хотел пересечь ее, чтобы уничтожить Заповедный Лес, сжечь его деревья. Это возможно?
— Уничтожить можно то, что воплощено. Тонкий мир существует не в материи. Он способен сгущаться и вновь утончаться. Каждое мгновение Элезеум уничтожает себя и воссоздает вновь. Твой избранный мог бы уничтожить воплощенное… Но не в его силах помешать пересозданию.
— Почему Фелион родилась человеком? Она дочь феи. Вы называли ее Фаэлон.
— Ее душа выбрала смертную жизнь. Элезеум не препятствовал ее выбору. У меня осталось не так много времени здесь, Адеир. Что наиболее важно из того, что ты желаешь прояснить?
Эдера смолкла на мгновение. И выпалила:
— Существует ли Создатель?
Иринел улыбнулась, впервые за то время, что Эдера видела ее. Повела рукой вокруг себя.
— Посмотри. Это Вселенная. Создатель есть Вселенная.
Внезапно Эдера увидела мысленным взором картину точки-шара, состоящей из несчетных копий себя самой.
— Что это?! Я не понимаю!
— Вселенная-Создатель. Твой вопрос слишком сложен, чтобы прояснить его одним ответом. Сохрани сей образ. Пусть он пребудет с тобой. Исследуй его. А когда ты вернешься в Элезеум, у нас будет время, чтобы прояснить все, что останется для тебя неясным к тому моменту.
Светлая Элезеума поднялась, протянула руку Лораин.
— Подожди! Какой ты стихии?
— Я зародилась в стихии воздуха. Как ты, Адеир. Но сейчас объемлю все стихии. Я — воплощенный Голос и Дух Элезеума. А Голос владеет языками всех стихий.
Мать Эдеры подала своей королеве руку, а второй продолжала сжимать ладонь дочери.
— Мамочка… Я хочу остаться с тобой!
— Ты вернешься, родная… Мы будем вместе. Я люблю тебя.
— Я люблю тебя, мамочка!
Эдера хотела броситься к ней и обнять на прощанье, но фигуры двух фей истаяли в воздухе. Девушка осталась одна. Ей снова захотелось плакать, но потом она вдруг ощутила непривычное тепло в груди. Внезапно в сознании снова прозвучал голос Иринел, отдаленно и приглушенно, словно из-за невидимой стены:
— Лораин передала тебе Сердечный Очаг. Каждая фея делает это с ребенком, когда он начинает ходить. Она не успела тогда, но сделала это сейчас. Отныне холод не властен над тобой, Адеир.
Голос Иринел смолк. Эдера погрузилась в переживание тепла материнских рук, тепла Сердечного Очага и загадочного образа Вселенной-Создателя, подаренного королевой фей. Через несколько минут ей предстоит начать долгий путь обратно в мир людей. Мир, что причинил ей столько вреда, столько боли. Она надеялась покинуть его. Но судьба в очередной раз распорядилась по-своему. Повелела и дальше терпеть этот мир и эту боль.
Через несколько минут боль утраты вновь нахлынет на нее. Но пока тепло матери и загадка Иринел еще окутывали ее, облекали покровом, непроницаемым для ран и утрат мира. У нее еще есть эти минуты блаженства и покоя.
Глава 2. Бродячий Айлен. Хозяин Земли
Далеко на востоке королевства, в непроходимых дебрях Морехского леса стоял старинный замок. Деревья обступали его вплотную. Очертания стволов и ветвей при соприкосновении со стенами таяли в воздухе, словно невидимый художник разрывал рисунок пополам. Вторая половина «рисунка» начиналась у противоположной стены замка. Казалось, ветви деревьев вонзаются в западную стену и выходят из восточной, и наоборот. Замок словно рассекал и раздвигал лес, освобождая пространство для своих объемов и форм.
Внутри замка звучали звонкие голоса. Стайка детей пробежала по темным коридорам и собралась в холле. Обитателей было ровно полторы дюжины — одиннадцать девочек и семь мальчиков. Самой старшей девочке было около семнадцати. Самому младшему мальчику — три годика.