Команда Мэтерен была быстрее слова. Все двадцать колдунов, как один, собрали свою силу и бросили ее против вражеских кораблей. Свет ярче сияния солнца прорезал небо, сверкающие словно алмазы лучи-копья ударили в кровавые драккары, в траурно-черные подвесные корзины.
Пять из них взорвались. Рвиан ощутила болезненный толчок прервавшихся жизней, смягченный буйной радостью вырвавшихся на свободу духов и ликованием стоявших рядом колдунов. Теридд торжествовал, ему все это очень, очень нравилось. От Жон и Гвиллима Рвиан чувствовала скорбь, сходную с ее собственной. Но долг и обязанность брали в них верх. Рвиан собралась, прогоняя сожаления прочь. Кристалл пульсировал, Дары посылали на врагов волны чистой разрушительной энергии.
Огонь полыхал, колдовство вступило в битву с колдовством, и хотя чары Хо-раби были невидимыми, но все равно это напоминало схватку лучших клинков мастеров оккультного поединка: удар — блок, выпад — защита. Рвиан слышала завывания элементалов, чувствовала злобную решимость Повелителей Небес, их ненависть.
Смертоносные лучи вновь и вновь буравили небо. Число кораблей уменьшилось до двенадцати, до семи. Пятерым удалось прорваться. Мощь кучеров-колдунов, избегнувших магии Даров, словно плетьми настегивала взбесившихся коней-элементалов, уносивших корабли Хо-раби к пределам Фенда. Из двух оставшихся кораблей один взорвался прямо над башней. Рвиан опалило жаром взрыва, девушка сжалась от ужаса, когда почувствовала, как куски плоти и потоки крови хлынули на нее. Словно откуда-то издалека она услышала крик Вэнде и увидела, как темноволосая женщина лихорадочно утирает окровавленное лицо, не замечая искр, пляшущих на ее одежде. Второе судно падало за стенами башни, оставляя за собой хвост дыма и пламени. Колдун Хо-раби погиб, и находившихся в его власти духов никто и ничто уже не сдерживало, корабль превратился в неуправляемый огненный сноп.
Судно сносило немного к югу, в сторону материка, несущий цилиндр горел, и корзину внизу лизал огонь. Мелькали темные силуэты людей, которые выпрыгивали из объятий пламени, падая вниз к ждущему их морю. Рвиан почувствовала, как Жон собирается для нового удара. Нужда в нем отпала, огонь прожег обшивку цилиндра, и газ, наполнявший его, взорвался. С секунду огненный шар висел в небе вторым маленьким солнцем. Корзина, чадя черным густым дымом, медленно начала падать вниз. Падение это казалось бесконечным, и, когда оно кончилось, в небе стало чисто.
«Все. Хвала Господу, все».
В безмолвном посыле Мэтерен звучало больше облегчения, чем ликования.
«Их больше нет».
Жон с отсутствующим видом потрогала свои обожженные волосы.
«Все кончено с ними», — послал сообщение тем, кто был внизу, Гвиллим.
Рвиан ощутила, что связь прервалась, но щупальца оккультной власти кристалла все еще цеплялись за ее разум, точно не желая отпускать свою собственность. Девушка инстинктивно отступила на шаг, прерывая свое общение с камнем, который прекратил лихорадочную пульсацию. Рвиан вновь испытала ощущение потери, точно у нее из рук вырвали некую драгоценность. Она гнала это чувство, борясь с желанием подольше побыть наедине с камнем, ослепленная на какой-то момент, прежде чем сумела собрать силы и вернуть себе «зрение». Рвиан «увидела» Теридда, обнимавшего плачущую Вэнде и утиравшего окровавленное лицо подруги. Рвиан посмотрела вниз: ее собственное одеяние также было покрыто пятнами крови. Она чувствовала себя ужасно усталой, измученной. Ей было дурно, но девушка не знала, происходило ли это из-за того, что ей пришлось убивать людей, или из-за кристалла.
— Довольно. — Гвиллим, судя по голосу, чувствовал себя не лучше Рвиан, но расправил свои могучие плечи и заставил себя улыбнуться. — Жон, Мэтерен, будем ждать, когда придут свежие дозорные. Остальные свободны. Хорошо поработали. Назначенные на ночное слежение будут заменены.
Этого Рвиан было довольно.
У себя в комнате она сняла свое окровавленное и опаленное огнем платье и наполнила ванну. В лучшие времена девушка не задумываясь выбросила бы такую одежду, но так как теперь корабли, снабжавшие остров многими необходимыми вещами, стали приходить реже, она решила, что платье вполне можно отстирать и залатать. Это потом, а в ту минуту она хотела только одного: погрузиться в ванну и отмыться дочиста.
«Отмыть дочиста свою плоть, — подумала Рвиан. — Внутри я все равно буду продолжать чувствовать себя грязной».
Она не понимала почему, ведь она выполняла свои обязанности, Повелители Небес не оставили ей выбора. Рвиан даже не могла точно оценить, что чувствовала… вину? Такие встречи, как та, что имела место сегодня, отзывались в ней неясными чувствами. Враждебность Анов была непримиримой, Бог свидетель, Рвиан чувствовала, как злоба черной волной окатывала ее с кораблей Хо-раби. Немногие соплеменники испытывали угрызения совести, убивая своих извечных врагов. Не все находили такое упоение в битве, как Теридд, некоторые, подобно Мэтерен, со смирением выполняли свой долг, но никто не чувствовал никакого сожаления. Так почему же с ней так? Она на какое-то мгновение пожалела, что не обнаружила более скромных способностей, тогда бы ее не послали к Стражам, а направили в какой-нибудь замок. Для нее в сражениях, которые вели Стражи, было что-то недостойное, точно зло направлялось на борьбу со злом. В замке, наверное, было бы попроще.