«Да полно тебе, — сказала себе Рвиан, погружаясь в воду. — Колдуны в замках сражаются с приземлившимися кораблями Повелителей Небес. Так где разница? И так и так люди гибнут».
Рвиан принялась отмывать выпачканные пеплом и кровью волосы, наблюдая, как меняется цвет воды.
«Может быть, — размышляла она, — дело в кристалле? А может быть, во мне? Наверное, я не настоящая патриотка. Наверное, я не способна воевать, так что и жрицей-ведуньей я оказалась бы никудышной. А может, я слишком много слушала Давиота, который говорил о том, что наши предки выгнали Анов с их собственной земли. Когда он говорил… О, нет! Не буду я о нем думать».
Злясь на себя, Рвиан поднялась и окатила свое тело водой. Всегда, она уже точно знала это, после общения с кристаллом ее донимали мысли о Давиоте. Точно камень открывал какие-то шлюзы, через которые воспоминания врывались в ее разум. Девушка вытерлась (подумав, что в такую жару это почти бессмысленно) и натянула на себя чистое платье. Она чувствовала, что голодна, а собравшиеся в трапезной люди помогут прогнать грусть.
Когда она пришла в столовую, длинная комната уже была полна народу, такие упражнения, как сегодня, способствуют появлению аппетита. Рвиан «увидела» Гвиллима, как и она сама, свежевымывшегося, погруженного в беседу с Цирэн и Гинэл, Чиару, слушавшую их с некоторой рассеянностью. Блондинка заметила подругу и замахала ей, указывая на место рядом с собой. Рвиан улыбнулась и кивнула, направляясь к Чиаре, надеясь, что в присутствии колдунов старшего ранга та не станет болтать о делах прошедшего дня, проявляя запальчивую кровожадность. Рвиан удивлялась такому отношению со своей стороны, в Дюрбрехте разговоры Чиары не казались ей болтовней. Вероятно, решила она, садясь рядом с подругой, это происходит потому, что Чиара находит удовольствие в том, что кажется Рвиан столь безвкусным. Обе они сильно переменились с момента появления на острове. Рвиан не позволяла своей улыбке растаять, так как полагала, что в противном случае лицо ее примет довольно хмурое выражение. Чиара радостно приветствовала подругу.
— Больше двух десятков, как сказал Гвиллим, и все, кроме пяти, уничтожены. Как жаль, что меня не было с вами.
Рвиан махнула одному из служивших в тот день за столом, чтобы ей принесли эля и еды.
— Ты правда жалеешь? — спросила она. — Это не так уж приятно, мне долго пришлось отмывать кровь Хо-раби.
— Черную кровь, которая больше не причинит вреда Дарбеку, — с яростью ответила Чиара. — Честная битва.
Рвиан сдержала свое раздражение.
— Бедняжка Вэнде просто искупалась в крови, — сказала она, озираясь вокруг. — Она здесь? С ней все в порядке?
Гинэл ответила:
— Вэнде в постели. Сказала, что есть не хочет, что ей не по себе. Мартин дал ей снотворное.
— Ей лучше какое-то время не стоять в дозоре, — сказал Гвиллим. — А ты, Рвиан, в порядке?
— Да, если не считать сгоревшего платья. — Она улыбнулась, не желая говорить здесь, что чувствовала себя извалявшейся в грязи. — А в остальном все в порядке.
— Хорошо. — Он удовлетворенно кивнул. — Что до меня, то я быка готов съесть после этой драчки.
— Как? — спросила Чиара. — Как ты можешь называть такое драчкой?
— Очень просто. — Гвиллим ухмыльнулся и, поймав взгляд Рвиан, подмигнул ей. — А сейчас давайте поговорим о чем-нибудь более приятном.
Чиара хотела было не согласиться, но Цирэн потрепала ее по руке, успокаивая. Та надулась, но в конце концов послушалась своей подруги, и разговор отклонился в сторону от темы сегодняшнего сражения. Хотя трудно было избегнуть обсуждения новых приемов колдовства Повелителей Небес и неизбежности Великого Нашествия.
Никто не сомневался в его приближении, единственный вопрос был — когда? Но тут мнения разнились. Рвиан не устраивала ни одна точка зрения. Иногда, в глубине души, она питала надежду на то, что наступит мир, но это было лишь пустой игрой воображения, потому что Дары никогда не вернут Анам земли, которую отобрали у них когда-то, а Повелители Небес не оставят своих притязаний. По доброй воле никогда, только если и тех и других вынудят прекратить войну. И каким образом это может быть достигнуто?