Обо всем этом мы говорили с Рвиан и Тездалом, когда выпадала возможность; они разделяли мои чувства.
Потом, когда дорога поднялась к подножиям гор, сны стали являться все реже и реже. У меня появилось ощущение потери. Тоска, которая охватила меня в первую ночь, оставалась, образовывая какую-то пустоту в моей душе, точно мне даровали нечто особенное, что в последнюю секунду выскользнуло из моих пальцев.
Глава 27
Я уже отмечал и ранее, что Ур-Дарбек — страна сюрпризов, и столица его меня не разочаровала. Мы пробирались через перевал, окруженный со всех сторон горделивыми вершинами. Небо перестало быть голубым, каким виделось из долины, а приобрело стальной сероватый оттенок. Непрекращавшийся, подчас пронизывавший до костей ветер завывал в расщелинах и гнал над нашими головами скопища облаков. Когда же наконец, начав наше восхождение с утренней зарею, с приближением сумерек мы завершили его, чудесный вид открылся перед нами.
Мы разбили наш лагерь в тени утеса, к которому стремились уже с рассвета. Здесь дорога шла вниз, спускаясь в утопавший в зелени оазис, со всех сторон окруженный горными пиками, напоминавший драгоценный камень в оправе. Величественные кроны кедров стояли темно-зеленой стеной, внизу, на склонах, осень уже наряжала природу в свои пастельные печальные тона. Далеко впереди, в центре оазиса, блеснуло что-то голубое, мне показалось, что это озеро.
Дорога вела через лес, и, по мере того как мы спускались все ниже, ветер утих и температура стала подниматься. Жары не было, и воздух наполнился чистой осенней свежестью и покоем. Мы скинули наши плащи, а затем и камзолы и продолжали свой путь, закатав рукава рубах. И небо над нашими головами вновь сменило свой цвет, опять став голубым, как будто суровости стихии не было сюда пути. Все это я описывал Рвиан.
Она спросила:
— Сколько же мы поднимались сюда? Пять дней? Не должно быть так тепло, разве что…
Она замолчала, поворачивая голову, точно пробуя воздух. Тездал сказал:
— Это место напоминает мне твой остров.
Рвиан кивнула:
— Да, здесь чувствуется присутствие чар.
Теперь я посмотрел на все, что нас окружало, другими глазами: если это место стало таким благодаря волшебству Измененных, значит, они величайшие из чародеев. Однако я нигде раньше не встречал свидетельств этому. Не видел ни ведунов в селениях, ни намека на волшебный дар у людей, встречавшихся нам на дороге. Может быть, все-таки эта земля просто сама по себе, и тут нет влияния Измененных? Может быть, просто в ней полным-полно кристалликов? Возможно, тут так все всегда и было. Вопросы досаждали мне роем назойливых мух, ответов не находилось, и любопытство лишь возрастало.
Потом я увидел сам город, вначале далекий, но начавший приближаться быстрее, когда Аил хлестнул лошадей и они побежали стремительнее.
Дома жителей кольцом охватывали берега голубого озера, лежавшего в центре этого удивительного круга, словно драгоценный камень. Город был невелик по размерам, здания не отличались большой высотой. Сравнить его с Дюрбрехтом — и он показался бы карликом, не больше среднего замка, в которых мне доводилось бывать в Келламбеке. Ни одно строение не поднималось выше двух этажей, причем из камня сложены были лишь первые уровни, да и то лишь некоторых построек. Верхние этажи были сплошь деревянные, с резными балкончиками и просторными террасами с колоннами. Ни стен, ни башен, ни каких-либо иных оборонительных сооружений, как я и предполагал, не оказалось. Возле протянувшихся от берега пристаней притулились суда, но большинство их скользило по сверкавшей лазури озера под выгнутыми ветром парусами.
Аил повернул голову и бросил через плечо:
— Перед нами Требизар.
Я обнимал за плечи Рвиан, тихонько рассказывая ей о том, что нас окружало.
У меня перехватило дыхание, я крепче сжал свою возлюбленную, увидев то, что находилось дальше за городом.
Я не верил тому, что видели мои глаза. Я закрыл их, полагая, что, когда я вновь открою глаза, то видение исчезнет, но оно осталось на месте. Красные цилиндры точно дремлющие акулы зависли над берегом Требизара. Руны на их бортах и на черных корзинах переливались на солнце неярким светом. Я отчетливо видел швартовые канаты и взлохмаченный пляской непокорных, точно норовистые лошади, элементалов воздух. Во рту мигом пересохло, я облизал губы и сглотнул подступивший к горлу комок.