Меня восхваляли как искусного Сказителя, я же чувствовал себя простым обманщиком.
И как ни старался я унять свой расцветавший пышным цветом страх, все равно слишком часто я думал о Рвиан и о том, что ждет ее, если Повелители Небес нападут на Стражей так, как предрекали Кэрн и Третин. Я ловил себя на том, что стал слишком уж часто всматриваться в небо.
В начале лета я в своем пути слегка уклонился от береговой линии, направя стопы по дороге, что петляла среди густо поросших пробковым дубом и остроконечными соснами холмов. Солнце было еще не в зените, и я остановился на вершине одного из холмов, намереваясь переждать полуденную жару под сулившими прохладу ветвями деревьев. Во время последнего привала мне повезло, я получил от щедрых слушателей на дорогу каравай свежего хлеба, головку доброго желтого сыра и мех молодого вина. Теперь я надеялся отдохнуть, выпить, поесть и, по обычаю здешних мест, вздремнуть часок-другой в тени.
Вкушая от плодов трудов своих, я оглядывал открывавшиеся моему глазу картины. Бринисвар, я прикинул, располагался за третьей горной грядой. У подножия горы как раз передо мной виднелось жилище хуторян. Я подумал, что, возможно, мне следует остановиться там и рассказать им какую-нибудь легенду, прежде чем двигаться дальше, хотя вероятно, что нынешнее время для крестьянина и его семьи самое страдное и им будет не до меня. Я потягивал винцо и безмятежно взирал на небо. Здесь оно светилось необычайной чистоты лазурью. К северо-востоку я увидел нечто, показавшееся мне сперва птицей. Вскоре я, однако, убедился в том, что это вовсе не птица. Я заткнул свой мех и вскочил на ноги.
Очень скоро я мог разглядеть кроваво-красный цилиндр, покрытый по бокам рунической вязью Повелителей Небес. Знаки пульсировали и трепетали. Внизу под цилиндром висела черная корзина. Воздух вокруг корабля переливался и клубился, словно раскаленный. Сколько я ни вглядывался в это мерцание, рассмотреть что-то определенное в нем я не мог. Воздушное судно приближалось, и я видел, что оно невелико по размерам и что в корзине вряд ли могут поместиться больше десяти человек. В нем было что-то одновременно и знакомое и необычное. По очертаниям — обычное судно, но темное, вызывающее ужас, миазматическое облако, столь характерное для Повелителей Небес, отсутствовало. Я не чувствовал холода, только обычный испуг, и никакого вызывавшего оцепенение страха, который всегда сопутствовал подобным кораблям. Я прижался к стволу сосны и почувствовал, как дыхание мое застряло в горле, когда корабль остановился.
Третин и Кэрн предупреждали меня, и все равно я едва верил своим глазам: корабль остановился на месте. Ветер дул с запада, но судно парило в воздухе, точно сокол, над фермой.
Осторожно, опасаясь выдать свое присутствие, я дотянулся до фляги. Попив, повесил ее на спину вместе с мешком, собираясь задать стрекача. У меня был посох и нож, не было только шанса выстоять в схватке с Хо-раби, если меня заметили.
Корабль развернулся и пошел на снижение. Он опустился; легкий как перо, красный цилиндр продолжал висеть в воздухе рядом с хутором, земли коснулась лишь одна черная корзина. Те, кто находились внутри хижины, не могли не видеть Хо-раби. Конечно, они их видели! Я был слишком поражен, поглощен своими собственными страхами, чтобы думать о них до того момента, когда они вышли из своего дома, чтобы встретиться с невероятным явлением.
Мужчин было четверо, в руках они сжимали самые обычные сельскохозяйственные инструменты. Двое были вооружены вилами, один косой, а последний мотыгой. У ног крестьян скалились три больших пса. Я видел, как с тыльной стороны дома три женщины, подняв юбки, чтобы легче было бежать, устремились в направлении ближайших зарослей дуба.
Из корзины вышли девять облаченных в черную броню Хо-раби. Десятый остался позади. Он, как я предположил, скорее всего был колдуном и управлял духами, которые даже сейчас продолжали окутывать воздушное судно.
Мне пришлось столкнуться с мучительной дилеммой. Прийти на помощь крестьянам? Встать с ними плечом к плечу в этой безнадежной схватке? Просто спрятаться и наблюдать? В безопасности, как трус?