— Что там написано? — спросил Хантер.
Рейчел снова попыталась прочесть, но не смогла.
— Это другой язык, — сказала она.
— Какой? — спросила Пенелопа.
— Я не уверена… — ответила Рейчел. — Похоже на латынь, но тут есть иероглифы.
— Что? — спросил Хантер. — Дай я взгляну.
Рейчел снова посмотрела на листок, чтобы убедиться, что не ошиблась, и протянула его Хантеру.
— Ух ты! Вы только посмотрите на это! — воскликнул Хантер. — Уже много тысяч лет я не встречался с этим языком. Написано старым кодом ордена.
— Кодом ордена? — спросила Рейчел.
— Да, он похож на латынь, но в то же время отличается. Его часто путают с латынью, поэтому я понимаю, почему ты так решила.
— А изображения? — спросила Рейчел. — Это иероглифы?
— Нет, это тоже часть кода ордена, — ответил Хантер.
— И что это значит? Что я не смогу прочесть? — спросила Рейчел.
Пенелопа посмотрела на листок и пожала плечами.
— Я не знаю.
— Хантер, ты знаешь, что здесь написано? — с надеждой в голосе спросила Рейчел.
Хантер посмотрел на текст и покачал головой.
— Нет. Это было написано до моего рождения. И хотя я уже давно брожу по земле, мне этот язык незнаком.
— Что же нам делать? — спросила Рейчел.
— Что делать? — повторила Пенелопа.
— Давайте подумаем вместе, — предложил Хантер, почесав затылок.
— Нужно найти того, кто в этом разбирается, вот только где искать? — спросила Пенелопа.
Они призадумались, кто бы мог помочь им разгадать древний код ордена.
— О, я знаю! — воскликнул Хантер. — Не уверен, что получится, но мне известны люди, которые могут это прочесть.
— Кто это? — спросила Рейчел.
— Кто? — повторила за ней Пенелопа.
— Мои родители, — ответил Хантер.
— Твои родители? — удивилась Рейчел. — Но…
— Я знаю, это проблема, — согласился Хантер, оборвав ее на полуслове. — Я много лет с ними не разговаривал.
— Что же мы будем делать? — спросила Пенелопа.
— Надо их найти! — решила Рейчел. — Мы обязаны. Ради Бенджи.
— Я не смогу встретиться с ними, — прошептал Хантер, понурившись.
— Что ты имеешь в виду? Ты должен! — воскликнула Рейчел.
— Не могу, — повторил Хантер. — Я этого не переживу.
— Что-то случилось? — спросила Рейчел обеспокоенно.
Хантер промолчал, и она решила не допытываться, понимая, что может его этим ранить. Ей не хотелось, чтобы он рассказывал о вещах, о которых предпочел бы молчать.
Через пару минут Хантер сказал:
— Это действительно длинная история. Я не хочу об этом говорить.
— Хорошо, я уважаю твое решение, — согласилась Рейчел. — Но что нам делать со страницей? Может, кто-нибудь еще сможет прочесть этот текст?
— Я таких людей не знаю, — ответил Хантер. — Никого не могу вспомнить.
— Я тоже, — добавила Пенелопа. — Я не знаю никого достаточно старого и умудренного опытом.
— Тогда, может, я попрошу их об этом? — спросила Рейчел. — Я пойду одна. Они не должны знать, что я с вами.
— Нет, ты не можешь пойти одна. Им это не понравится. Мне придется пойти с тобой. Ради Бенджи, — сказал Хантер.
— Правда? — обрадовалась Рейчел.
— Да, я пойду.
— Можно и я тоже? — спросила Пенелопа.
— Да, конечно. Я бы не пошел без тебя, — согласился Хантер, взяв ее за руку.
Рейчел сложила листок и засунула снова в карман. Они отправлялись к родителям Хантера, надеясь, что те помогут отыскать Красный Амулет.
Глава десятая
Рейчел взлетела в воздух с такой легкостью, будто проделывала это всю жизнь. Она знала, что путешествие будет утомительным, но не позволяла себе задумываться над этим, опасаясь разувериться в себе или поставить под вопрос свои возможности как вампира. Она знала, что сможет преодолеть требуемое расстояние и лететь восемь часов, поэтому не хотела сглазить себя.
Подлетая к побережью штата Мэн, Рейчел не могла не восхититься окружающим видом. До этого она даже не представляла, что пейзажи Америки так красивы и колоритны. Мимо нее то и дело пролетали птичьи стаи. Паря высоко над землей, Рейчел ощущала свежесть и прохладу ветра, и даже немного замерзла. Но она не позволила себе отвлекаться на это, а сосредоточилась на том, что было действительно важно, — на Бенджи. Она не позволяла мелким неприятностям досаждать ей и отвлекать от приближения к цели — родовому поместью.
Рейчел не могла не залюбоваться красотой окружающей ее дикой природы. Дух захватывало от огромных деревьев, чью листву разукрасила осень, от бескрайних зеленых полей, на которых паслись коровы и виднелись силосные башни. Она восхищалась скалистым берегом океана, на который накатывались огромные волны. Она черпала вдохновение из всей этой красоты, которая словно служила Рейчел напоминанием о том времени, когда они вместе с Бенджи спрыгнули с утеса. Она вспомнила неровное скалистое побережье, набегающие волны и их прыжок…
— Рейчел, ты как? — спросил Хантер, оглядываясь.
Это вывело ее из задумчивости и вернуло к реальности.
— Я? Со мной все в порядке.
— А почему ты летишь так медленно?
— Что, правда? Извини, просто я еще никогда не летала на такие расстояния. Чувствую себя марафонцем.
— Ничего, уже немного осталось, — заверил Хантер.
Рейчел про себя вздохнула с облегчением. Несмотря на то что ее окружала такая красота, она начинала уставать от полета. Она надеялась, что ее крылья выдержат нагрузку и не подведут. Она не хотела свалиться с неба на землю, словно мертвая птица. Нужно было продолжать полет.
— Расскажи о своем детстве, — попросила Рейчел. — Как тебе жилось в родительском замке?
— Ну… — задумчиво протянул Хантер. — Вообще-то мое детство было самым обычным. Заметь, я имею в виду — обычным детством вампира. Не знаю, как это доходчиво объяснить…
— А вы с Бенджи ладили с родителями? — спросила Рейчел.
— В самом начале ладили. Вернее, я ладил. Не буду отвечать за Бенджи. Мы жили дружно какое-то время, а потом все пошло наперекосяк, — ответил ей Хантер.
— Почему наперекосяк? Ты поэтому не соглашался отвести меня к родителям?
— Именно. Мне об этом до сих пор сложно говорить. Скажу только, что мы кое о чем поспорили, и с тех пор наши мнения не сходятся ни по одному вопросу.
— Поспорили? О чем?
Рейчел вопросительно смотрела на Хантера, ожидая ответа, но он хранил молчание. По выражению его лица она понимала, что воспоминания о давнем разговоре с родителями расстраивали его и вызывали дискомфорт.
— Это длинная история, — ответил наконец Хантер.
Рейчел решила не расспрашивать его больше и сменила тему разговора.
— Значит, вы жили в этом доме впятером?
— На самом деле бóльшую часть времени вчетвером. Отец очень часто отсутствовал, так что я жил с мамой, Бенджи и Матильдой.
— И как вы ладили? Я имею в виду тебя, Бенджи и Матильду.
— Мы ссорились время от времени, но, я думаю, это нормально. Все братья и сестры так живут, — ответил Хантер. — У тебя тоже есть брат и сестра. Ты что, никогда с ними не ссоришься?
— Я? Да если бы! Относительно недавно я стала хоть как-то уживаться с сестрой. Раньше она всегда считала себя слишком крутой, чтобы со мной общаться, но после того, как мы переехали из Пенсильвании в Нью-Йорк, стала добрее ко мне. Не знаю, что на нее повлияло, но я не в обиде. На самом деле она хороший человек!
— А какие у тебя отношения с братом? — спросил Хантер. — У тебя ведь еще есть и брат, правильно?
— Да, Марк. Мы более-менее дружны. Просто он младше, и у нас мало общего. А так как он мальчик, то даже в будущем я не смогу делиться с ним секретами. Но он хороший.
— Видишь, ты говоришь о брате и сестре точно так же, как я, когда был подростком. И то, что я вампир, ничего не меняет.
— А твои родители? Какие у них отношения? — спросила Рейчел.
— Что ты имеешь в виду?
— Они часто ссорились?
— Ну, поскольку отца постоянно не было дома, мама часто на него злилась. Она ненавидела, когда он оставлял ее одну. Насколько я помню, так было всегда, еще с тех пор, как я был маленьким. Мама постоянно упрекала отца в том, что он ничего не делает, а ей приходится самой воспитывать детей и содержать дом. У нее всегда было плохое настроение. Честно говоря, в такой обстановке жить было трудно. Помню, я очень из-за этого переживал, — ответил Хантер.